о проекте персонажи и фандомы гостевая акции картотека твинков книга жертв банк деятельность форума
• riza
связь ЛС
Дрессировщица диких собак, людей и полковников. Возможно, вам даже понравится. Графика, дизайн, орг. вопросы.
• shogo
связь лс
Читайте правила. Не расстраивайте Шо-куна. На самом деле он прирожденный дипломат. Орг. вопросы, текучка, партнеры.
• boromir
связь лс
И по просторам юнирола я слышу зычное "накатим". Широкой души человек, но он следит за вами, почти так же беспрерывно, как Око Саурона. Орг. вопросы, статистика, чистки.
• shinya
связь лс
В администрации все еще должен быть порядок, но вы же видите. Он слишком хорош для этого дерьма. Орг. вопросы, мероприятия, текучка.
• tauriel
связь лс
Не знаешь, где найдешь, а где потеряешь, то ли с пирожком уйдешь, то ли с простреленным коленом. У каждого амс состава должен быть свой прекрасный эльф. Пиар, продвижение.

// FYODOR DOSTOYEVSKY
Лифт опускается вниз с едва различимым шумом — Фёдору любопытно немного, как ребёнку, и он делает шаг ближе к краю — сдерживается, чтобы не коснуться пальцами стеклянной поверхности, смотрит, впрочем, — с любопытством совершенно искренним. Йокогама будто бы на ладони — напоминает ему муравейник, на который смотришь с высоты человеческого роста,сдерживая в себе едва-едва совершенно животное желание наступить — фигурки, разбросанные вокруг домика из картона — развалится тоже от ветра, обратится в ничто так же легко. Ему интересно, насколько акцент выдаёт его — сильно, должно быть... Читать

IN YOUR EYES I'M STARING //
Медленно, но верно, рассвет вступает в свои права. Ядомару, сонно прищурившись, то и дело оглядывается; не в ее власти отпустить ситуацию на несколько часов, и не в силах капитана — уболтать ее на это. Слишком хорошо знает ее. "Валить надо!" Неизменно нервный "сосед" никак не даст забыть о своем существовании. Принимать это стало немного, но легче. — И какой смысл? — Чуть качает головой, задавая этот вопрос вслух. Странный, странный диалог. Тишину вокруг — но только для нее — нарушает смех. Лиза едва улыбается. "Дура. Убьет же в любой момент," Лиза только качает головой, не отвечая. Чего уж, и правда может, уже раз почти получилось, и, будь его воля, мог бы добить, даруя быстрое избавление. Но — не стал этого делать. Значит, что-то, но все же не зря — вопреки не самым оптимистичным мыслям, Ядомару снова улыбается... Читать

Ukitake Jushiro: Привет! Пришел я не так уж давно... месяца два назад где-то. Сам забыл, представляете? Заигрался. Да, тут легко заиграться, заобщаться и прочее... утонуть. Когда пришел, в касте было полтора землекопа, и откуда кто взялся только! Это здорово. Спасибо Хинамори-кун, что притащила меня сюда. Пришел любопытства ради, но остался. Сюжет для игры находится сам собой, повод для общения — тоже. Именно здесь я смог воплотить все свои фантазии, которые хотел, но было негде. И это было чудесно! За весь форум отвечать не буду, я окопался в своем касте и межфандомная развлекуха проходит мимо (наверное, зря), но я и так здесь целыми днями — ну интересно же! Вот где азарт подстегивается под самое некуда, а я человек азартный, мне только повод дай. У всех тут простыни отзывов, я так не умею. Да, о простынях. Текстовых (ржет в кулак) Именно здесь я побил свой собственный рекорд и выдал пост на 5000 знаков. И вообще разучился писать посты меньше 3000 знаков, хотя раньше играл малыми формами. Так что стимулирует. К слову, когда соигрок не подстраивается под твои малые формы и пишет простыни, ты начинаешь подстраиваться сам и учишься. Это же здорово, да? Короче, здесь уютно, приятно и можно попробовать выплеснуть игру за пределы привычного мне Блича, и для этого не нужно десять форумов по каждому фандому, все есть здесь. Надо только придумать, что играть. Или просто сказать, что хочешь — и тебе придумают. Еще один момент. Я не электровеник, и мне приходится всем это сообщать или играть с теми, с кем совпадаем по ритму, но здесь я еще не услышал ни одного упрека, что медленно играю. Благо вдохновляет и тут я сам как электровеник... временами, ага. Короче, это удобно и приятно — держать свой темп и знать, что тебе не скажут ничего неприятного, не будут подгонять и нервировать. В общем, ребят, успехов вам, а я пошел посты писать:)

Bastet: Я крайне редко пишу отзывы, и тем не менее, чувствую, что это необходимо. Юни прекрасный форум, на который хочется приходить снова и снова. Здесь настолько потрясающая атмоcфера и классные игроки, что захватывает дух. Здесь любая ваша фантазия оживает под учащенное биение сердца и необычайное воодушевление. Скажу так, по ощущению, когда читаешь посты юнироловцев, будто бы прыгнул с парашютом или пронесся по горному склону на максимальной скорости, не тормозя на поворотах. Как сказала мне одна бабулька, когда мы ехали на подъемнике – ей один спуск заменяет ночь с мужчиной, вот так же мне, ответы соигроков заменяют спуск с Эльбруса или прыжок в неизвестность. Восторг, трепет, волнение, вдохновение и много всего, что не укладывается в пару простых слов. Юни – это то самое место, куда стоит прийти и откуда не захочется уходить. Юни – это целый мир, строящийся на фундаменте нескольких факторов: прекрасной администрации, чудесных игроков и Вас самих. Приходите, и Вы поймете, что нет ничего лучше Юни. Это то, что Вы искали!=^.^=

uniROLE

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » uniROLE » uniALTER » расплата со временем


расплата со временем

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://i.imgur.com/t9s63sG.png

https://i.imgur.com/AoW8gdK.png
https://i.imgur.com/Hz0jMcY.png
https://i.imgur.com/guL2EJQ.png
https://i.imgur.com/iJNb8jy.png

Р А С П Л А Т А    С О    В Р Е М Е Н Е М


Код:
<!--HTML-->
<div style="height: 95px; overflow-y: auto; padding: 5px;"><div style="font: 11px Arial;"><p align="justify"><center><i>• ● чем эта жизнь расплатилась ● •<br>
• ● со временем? ● • <br></i></center><br><br>
В охоте на катакана главное проявлять особенную осторожность, потому как тварь непростая, и, чего доброго, может и убить даже умелого воина. Такое дело предполагает отсутствие лишних глаз, ушей и прочих конечностей. Только вот иногда эти самые конечности никого о своём наличии разрешения не спрашивают, и принимать это проще за истину. И, может быть, использовать за наживку. Для всеобщего блага и осторожно, в целях выполнения заказа и спасения многих жизней, разумеется. </p></div></div>

https://i.imgur.com/P5c5rJy.png
https://i.imgur.com/NxpKiJk.png
https://i.imgur.com/jYkcrpb.png
https://i.imgur.com/4VmjFGu.png

https://i.imgur.com/Njbc70P.png

[icon]https://i.imgur.com/dzt480f.png[/icon][nick]Eskel[/nick][lz]<center><b>Эскель</b> <br>no human can have a face like that.<br><center>[/lz][sign]https://i.imgur.com/X38nyOE.png https://i.imgur.com/xAFuu24.png https://i.imgur.com/k64xsch.png https://i.imgur.com/gv5uomc.png https://i.imgur.com/zF6Qe9c.png
https://i.imgur.com/LdNGnnn.png
[/sign][fan]the witcher[/fan][status]calm and patience[/status]

Отредактировано RK900 (2019-07-06 16:46:41)

+1

2

Здесь, среди густых лесов, дождь льет уже неделю. Холодный и печальный, он подобен молчаливому упреку: не уберегли, не спасли от беды, позволили погибнуть. Лютику эта деревушка, куда его по воле случая занесло пару недель назад, давно уже не нравится. Слишком много боли чувствуется в местном облике. Люди здесь настороженные, смотрят исподлобья, переговариваются тихо и постоянно вертят головой, словно ищут что-то, или кого-то, в хвойных зарослях. Чужим не доверяют, к своим относятся сдержанно-терпимо, целые дни проводят либо в корчме, либо около старостской избы, а по ночам собирают ополчение, зажигают факелы и уходят в темноту, чтобы вернуться с первыми лучами солнца.

Старики говорят, что не было раньше столь густого тумана, время от время укрывающего близлежащие заросли плотным покровом, что не выли так опасливо волки, словно сами боящиеся чего-то, что скрывается в глубине старого леса. Кухарка, сердобольная женщина, приносит едва ли не каждый день мешочек с солью и несколько головок чеснока, смотрит так по-простому, по-доброму, огрубевшими от тяжелой работы ладонями ласково ерошит темные кудри и наставляет: “Не забудьте, сударь, у порога рассыпать, Великой Матери помолиться…”

Лютик россказни слушает внимательно, улыбается нарочито беспечно, но к границе деревни лишний раз не подходит – чудятся ему в искривленных ветвях злые духи. Чудится ему и чей-то взгляд, прожигающий спину, – Лютик в цветастой одежде не может не притягивать глаз. Взгляд этот он ощущает нечасто, но бывает, особенно, поздним вечером или ранним утром, а иногда мерещится ему и странная тень, промелькнувшая между деревьями или домами. Воображение чересчур живое и красочное, легенды, предания – все находит отражение в менестрельской душе. Верит он, что творится здесь что-то неладное; верит и думает, что сюжетов для новых баллад он набрал предостаточно. Только в балладах жизнь совершенно иная, а здесь – один холод, морок и страх.

Страх. Он чувствуется в воздухе, виден в детских глазах. Лютик слышал и слышит, какие странные песни мурлычут себе под нос малые дети. Что-то про старого лесника и про призрачный дом. С наступлением вечера молодые девицы, испуганно переглядываясь, бросают работу, жмутся друг к другу, стремятся поскорее спрятаться в надежных (а так ли?..) домах. Юноши с кривыми ухмылками бормочут проклятия, грозят закатному солнцу и на барда смотрят недоуменно, словно до сих пор не понимая, почему он все еще здесь. Ведь ясно же, что несчастье творится, так седлай коня – уходи, исчезай.

Женщины, мужчины, дети и старики. Беда нависла над их головами, плотным кольцом обвивает вокруг. Лютик молчит, долгий взгляд бросает на верхушки деревьев и вздыхает уж слишком печально. Единственное, что он может для них сделать, – задаром веселить обозленный народ в деревенской корчме. Он приехал сюда вслед за графиней, красивой женщиной с глазами цвета весеннего неба и с капризной улыбкой на полных губах. Приехал, не в силах отказать прекрасной особе, приехал, правда, не зная зачем. Почти что край света, пустые дороги. Лесорубы, их семьи. Забытый мирок в дремучих лесах.

Слухи разнеслись неразборчивым шепотом: коснулись деревень, городов, добрались и до Оксенфурта, где страшной тайной разожгли интерес в скучающем девичьем сердце. Графиня – особа впечатлительная, а Лютик падок на женщин, а на их ласковые просьбы падок вдвойне. Только теперь не существует графини – мертва она уже пятый день. Найдена мертвой у заброшенной лесопилки, обескровленная, с развороченной грудью. Помнится, что, впервые увидев, Лютик сам чуть было на другой свет не отправился. Целовать еще утром нежные пальцы, а вечером – разгибать их, чтобы вытащить кусок плотной ткани, крепко зажатой в холодных руках. Графиня мертва, а на тракте не встретить ни единой души. Стража, что сопровождала благородную даму, исчезла еще в самые первые дни.

Порой Лютик думает, что отказывать женщинам нужно почаще, особенно, когда интуиция отчаянно бьется, взывает к себе.

Бестия завелась здесь, милсдарь… чудовище… Помрем мы все...убийца, убийца…

Голоса сливаются в один – детские, женские, мужские. Лютик молчит, устало проводит ладонью по лицу и не улыбается. Не может выдавить из себя ни улыбки. Веселый запал давно растворился, притаился где-то на задворках души. С каждым днем тучи сгущаются сильнее, а лес, кажется, подступает все ближе.

Так вы, уважаемый, — староста, пожилой человек, слепо щурится, в руках теребит хрупкий пергамент и отчего-то нерешительно переминается с ноги на ногу, но Лютик его понимает. Знает, что последует дальше. Сегодня хоронили пекарскую дочку. Бедное, погибшее дитя. — Так вы, — снова протягивает, голос скрипучий, неприятно бьет по ушам, — вы ведь образованный человек…

Да-да, конечно, — Лютик понимающе кивает, улыбается приветливо-мягко и, протянув руку, забирает пергамент. — Чем больше, тем лучше… — и добавляет чуть тише: — Ну же, где же ведьмак...

В открытую его не просят, но последнее объявление Лютик вызывается написать сам. То ли желание помочь слишком сильное, то ли за свою жизнь становится чересчур страшно. Заказы на убийство лесного чудовища регулярно появляются на досках объявлений, висят одиноким листом на потертых временем досках, исчезают после дождя и почтовым голубем отправляются в другие места в затаенной надежде, что найдется тот, кто решится помочь. Лютик расписывает красноречиво, пишет о событиях складно, в меру разбавляя подробностями. Писать чуть больше – опасно; писать чуть меньше – бессмысленно. От себя он, подумав, добавляет, приписывает ниже, что готов доплатить, если бестия окажется опаснее, чем спаситель решит изначально. Почему-то в памяти всплывает образ давнего друга, и Лютик с тоской ведет плечом. Наверное, будь он рядом, можно было избежать многих смертей, но его нет, а волшебным чутьем и интуицией, увы, никто из местных жителей не обладает.

Объявление отправляется дальше, а Лютик, важная душа, едва не погибая еще и от скуки, пишет, строчит гимн, который, по его замыслу, должен вселить надежду в деревенские сердца. Знает ведь, что Митько с ополчением собирается снова направиться в лес, а с хорошей песней есть вероятность успеха:

Поверить в сумрак тяжких дней... увидеть свет в небесном небосклоне... заставить веру вновь воскреснуть..."И почему с рифмой бывает так сложно?"

Отредактировано Dandelion (2019-06-18 16:56:24)

+1

3

След путает его, плутает среди густых ветвей уже проклятые полторы недели. И Эскель злился бы, наверное, будь моложе и окажись это в его натуре. Вместо этого у него лишь остаётся вздох усталый едва, рука сжимается в кулак вместе с клоком жёсткой ткани. Подрана и в крови, и обладатель куска этой тряпки где-то в лесу. Уже мёртвый наверняка, у него не было иллюзий касательно того, на кого он охотился. Такие не оставляют в живых. Даже случайно. И ему не успеть, потому что никакой быстрый конь не в состоянии ещё опередить смерть. Следовать приходится за кем-то явно очень быстрым, ловким и сильным. И подобная особь с трудом могла бы выжить на одних только случайных пьяницах и попутчиках, что ступают неосторожно. Что тащило селян в такие глубокие дебри ему было трудно постичь. И всё же охотники, случайные пьяные попутчики, что в здешних краях просто заваливались по глупости в топь, укрытую кронами, явно сытно кормили катакана.

Выпрямившись в полный рост, подойдя к Васильку, он бросил кровавый лоскут и коснулся ладонью жёсткого седла. В задумчивости потёр шрам на щеке, потупив взгляд на переставляющего копытами коня, прежде чем сесть на того верхом. Путь у них обещал быть долгим, потому как ещё ни одного дня не прошло успешно в попытках нагнать этого проклятого вампира. Иной раз он мог даже задумываться о том, что эта хищная тварь играет с ним, но это едва ли было так. Потому оставалось лишь продумывать план, выслеживать шаг за шагом всё более настойчиво. Это время, конечно, но в этот раз ему не обещали награды. Некому было. Он стребует ту уже когда разберётся. В том, что крестьяне не откажутся ему заплатить, Эскель был уверен. Годы работы, ведьмачья жизнь – научила хорошо просить. Чаще всего безмолвно, притаскивая трофейную голову с ещё капающей кровью. Очень мотивировало окружающих признать заслугу и отпустить помощника с миром.

Впрочем, и просто убить эту особь было бы уже неплохо. В нём просыпался лёгкий интерес по отношению к тому, что же не так было в этой охоте. Уж больно затягивалась. Непривычно для катакана, а то, что это был именно этот подвид вампиров, сомневаться не приходилось. Следы характерные, волосы тёмные, с бороды явно, очень значительно выражали кто именно был противником. Весьма сильным, если бегал столь быстро, что было даже не нагнать толком.

Когда он приходит в очередную деревню округа на постой, выходя уже в сумерках из леса, то встречает селян, идущих с факелами в сторону деревьев. Он следит за ними взглядом спокойно, не торопя уже коня, потому как не стоило сомневаться – рядом с поселением хищник задержится надолго, больно лакомый кусок. Да ещё и не так далеко от города. Наверняка привлечётся на какие-нибудь блестящие вещи местных, да на большое количество «корма».

Тут есть шанс задержаться, быть может и награду кто-нибудь предложит уже сейчас.

К моменту его прихода в эту местность, Эскель подсчитал, катакан должен был уже успеть появиться перед местными. Его путь был долгим, плутал он – часто. Да и лес был не столь велик, как хотел казаться, только массивные старые деревья придавали такой уж внушающий вид. Катакан явно знал о ведущейся на него охоте и постоянно путал следы, оставляя те в разных частях. Это сильно задержало и сейчас ведьмак это понимал. Только едва ли сменил бы тактику. Иной альтернативы, как просто выследить, у него не было. На сладкую добычу он едва ли был похож, так что пытаться ловить на живой корм не приходилось.

Это не с виверном заигрывать, которого можно было на какую-нибудь паршивую овцу приманить или завлечь свежим мясом.

То, что селяне о чудовище знают он тоже понимает быстро, стоит только едва зайти в пустующую корчму. Даже хозяйка, и та нервно как-то трёт тарелки, не обращая внимания на гостя, читая какие-то малограмотные молитвы.

Он людей здешних не трогает, не спрашивает пока. Да и некого, честное слово, тихо вокруг, на каждый взгляд плечи у людей немногих – напрягаются, будто нападения ожидают. Не нужно много размышлять, чтобы понять – люди запуганы. И давно уже, если научились с этим как-то примиряться.

Разумный нетопырь явно попортил им кровь. В буквальном смысле.

- Мне бы чего покрепче и потеплее.

Монеты аккуратно ложатся на деревянный стол, выщербленный и полный царапин. Наливают ему даже не глядя толком, внимания не обращая, и это настораживает. Но Эскелю не до этого сейчас, не до чужих тревог, его куда больше заботит сегодняшняя ночь, в которую нужно было отправиться на охоту. Катаканы не боялись света, но предпочитали всё равно оставаться в темноте. Оно и понятно, со своей способность к невидимости тварь становилась настолько неуловимой, что едва ли ей можно было что-то противопоставить. Хотя даже самый отчаянный с вилами вряд ли выдержал бы подобное нападение.

Пьёт он быстро, поглядывая в заляпанное стекло окна на улицу, чтобы следить за тем, как занимается ночь. Едва лишь появляется чёткий отблеск луны на тёмно-синем небе, так сразу же оставляет кружку, дающую хлебной водке привкус древесной стружки. Выходит, на промозло-сырой воздух, вдыхает глубоко, осматривая пространство перед собой. Пустые дороги, редкий пугливый свет в домах. Зрачки его сами собой расширяются, и видно становится лучше.

Ночную тишину разрушает плеск в реке неподалёку, и чутье подсказывает ему, что у местных проблемы ещё и с накерами, но это не столь опасно пока. Приоритеты расставляются легко, сами собой, и ведьмак уверенно идёт в сторону леса, из которого не столь давно вышел. Там были последние следы, там же стоит присматриваться к новым. Едва ли охота велась посреди чащи постоянно, скорее всего чаще – на открытой территории, но начинать с чего-то стоило. Его напряжённое, выделанное тренировками и Испытанием зрение улавливает марево следов, рубиново-алых, по которым он и ступает. Ему мешает вдруг только звучание… пения?

Он хмурится озадаченно, потирает вновь щёку, идя на звук. Кто-то хотел самовольно отдаться в жертву, притягивая к себе голодное существо ещё и песнями? Нет более очевидного способа выдать своё местоположение тому, кто голоден. Огонь хоть немного, но отпугивает, а музыка? Едва ли у того, кто поёт, есть свободная рука для факела. И разумное, очень даже разумное чудовище вполне себе это понимает не хуже Эскеля.

Какой дурак вообще до этого додумался?

- Не лучшее время для практики в музыкальном искусстве.

Его голос звучит спокойно, грузно немного в ночном мраке, когда ведьмак находит-таки источник очевидного шума. Немногие селяне, стоявшие позади «творца искусства», расходятся торопливо, видимо испугавшись неожиданного появления, даже если это вовсе и не вампир. К ним едва ли относились лучше, но в темноте могли и не отличить, конечно. Кметы едва ли отличались великой отвагой. Им не на войну идти.

- Ступай отсюда, пока не привлёк беду на свою голову.

Выдох звучит устало немного, но на самом деле его больше напрягает то, что всё это – задерживает его. Но оставить кого-то на съедение не входило в его планы. Тем более, когда где-то рядом послышался крик и торопливый бег тяжёлых лап.

Его чуткий слух улавливает всё до мелочи, и серебряный меч оказывается в руке быстрее, чем об этом успевает подумать даже он сам. Привычка уже, от которой невозможно никак избавиться. Инстинкт, выточенный годами.

- Уходи, жизнь тебе ещё пригодится.

Голос гудит мерно в груди, когда вся его натура натягивается сама в тетиву той пресловутой лютни. Торопиться нужно. Полторы недели – большой срок. А то, что особь старая, сомневаться не приходилось уже. Иная бы столько не продержалась. Сколько поколений та изводит людей можно было только лишь представлять. Насыщаться на годы вперёд было одной из чертой катаканов, так что если не поймать сейчас, пока этой пищи набирается много, то потом несколько лет эту охотчивую до крови и блестящек тварь уже не словить толком будет. Только если логово искать, а это всё равно что разгромить гнездо кикимор. Знай только успевай уклоняться.

К моменту, когда очередную жертву удаётся найти, та ещё тёплая и дышит даже едва. Умирает. Спасти уже нельзя. Эскель поджимает губы, из-за чего шрам на лице тоже дёргается, уродуя ещё сильнее в темноте. Он закидывает факел на тропе землёй, чтобы не загорелся лес, и бежит по следу. Чёткий, свежий. Вдох приходится делать глубокий, ориентироваться по животным инстинктам, по запаху и слуху. Удаётся увидеть только быстро мелькающие когтистые ноги.

Да чтоб его.

Так быстро бежать у него не выйдет, но запомнить путь можно. И для этого ему приходится нагонять как-то, насколько может, теряя из виду за очередными широкими стволами деревьев и буреломом. Через него-то он так прыгать не может и нагнать уже не выйдет. Слишком быстро. Сталкиваться с подобным прежде не приходилось, и это вынуждало срочно придумать, как дезориентировать в следующий раз. Иначе это всё бессмысленно будет.

- Помнится, я отправил тебя из леса, - снова этот менестрель, ещё и в тряпках настоль ярких, что того гляди какая-нибудь брукса выскочит откуда-то на эту насыщенность, только едва ли высший вампир позволяет тут находиться конкурентам, - Это небезопасно, - спокойствие звенит немного разочарованием охотника, упустившего добычу, и Эскель качает головой, приходя мимо барда в сторону поселения. Больно некогда ему было сейчас вести беседы с деятелями высших искусств, ему бы Василька забрать, да пойти по следу. К утру следы явно станут слабее, сейчас был шанс выйти если не на логово, хотя бы на вкусовые предпочтения.

Шаги рядом настигают его не особо неожиданно. О неостановимом упрямстве творческих натур он знал не по наслышке, да и Геральт пару раз упоминал, что у него то и дело с такими возникали свои сложности. У Эскеля тоже возникали, только в основном ввиду того, что народ вдохновлённый видя его стремился сочинить какую-нибудь поэтичную историю его внешнего вида. Для него сюрпризом своя непривлекательность не была, да и не нужна была ему, ему же не с магичками спать, он простой ведьмак. Только ничего поэтичного, по факту, в шрамах не было. Шрамы есть шрамы, у них есть своя поучающая история, но поучать она должна только его, делать осторожнее в боях, да и не больше. Не до тревог остальных ему было, и так уж о тревогах часто заботился, хотя и не бесплатно основную массу времени.

[icon]https://i.imgur.com/dzt480f.png[/icon][nick]Eskel[/nick][lz]<center><b>Эскель</b> <br>no human can have a face like that.<br><center>[/lz][sign]https://i.imgur.com/X38nyOE.png https://i.imgur.com/xAFuu24.png https://i.imgur.com/k64xsch.png https://i.imgur.com/gv5uomc.png https://i.imgur.com/zF6Qe9c.png
https://i.imgur.com/LdNGnnn.png
[/sign][fan]the witcher[/fan][status]calm and patience[/status]

Отредактировано RK900 (2019-07-06 16:47:04)

+1


Вы здесь » uniROLE » uniALTER » расплата со временем


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC