о проекте персонажи и фандомы гостевая акции картотека твинков книга жертв банк деятельность форума
• riza
связь ЛС
Дрессировщица диких собак, людей и полковников. Возможно, вам даже понравится. Графика, дизайн, орг. вопросы.
• shogo
связь лс
Читайте правила. Не расстраивайте Шо-куна. На самом деле он прирожденный дипломат. Орг. вопросы, текучка, партнеры.
• boromir
связь лс
Алкогольный пророк в латных доспехах с широкой душой и тяжелой рукой. время от времени грабит юнипогреб, но это не точно. Орг. вопросы, статистика, чистки.
• shinya
связь лс
В администрации все еще должен быть порядок, но вы же видите. Он слишком хорош для этого дерьма. Орг. вопросы, мероприятия, текучка.

// NEWT SCAMANDER
Ньют чувствует смесь досады, легкого раздражения и облегчения. Первое — заседание не состоялось и этот вопрос снова отложили до лучших времен. Второе — у него в питомнике некоторые подопечные нуждались в лечении, а потому он был нужен не здесь. Третье — он избавлен от счастья общения с Трэверсом и другими чиновниками, кто пытается выдавить из него информацию, которую Скамандер-младший все равно не расскажет. Просто потому что не может. И все же внутри помимо всего затесалась легкая тревога... Читать

ПУТИ СИЛЫ НЕИСПОВЕДИМЫ //
Ситхи вечно все возводят в абсолют, — Ириан усмехается, впрочем, по-доброму, прекрасно понимая, что и джедаи не лучше. Во всяком случае, те, которые настолько упали в Свет, что тот им заменил всякое понимание реалий этого мира. Иными словами, фанатизм никому никогда не помогал. Благо, тут фанатизмом не пахло. И Ириан отчего-то хотелось надеяться, что и не станет пахнуть — Каллиг, все же, адекватным ситхом показался. Хотя бы и потому, что они до сих пор не сцепились друг с другом, забыв о сотрудничестве. Читать

Ukitake Jushiro: Привет! Пришел я не так уж давно... месяца два назад где-то. Сам забыл, представляете? Заигрался. Да, тут легко заиграться, заобщаться и прочее... утонуть. Когда пришел, в касте было полтора землекопа, и откуда кто взялся только! Это здорово. Спасибо Хинамори-кун, что притащила меня сюда. Пришел любопытства ради, но остался. Сюжет для игры находится сам собой, повод для общения — тоже. Именно здесь я смог воплотить все свои фантазии, которые хотел, но было негде. И это было чудесно! За весь форум отвечать не буду, я окопался в своем касте и межфандомная развлекуха проходит мимо (наверное, зря), но я и так здесь целыми днями — ну интересно же! Вот где азарт подстегивается под самое некуда, а я человек азартный, мне только повод дай. У всех тут простыни отзывов, я так не умею. Да, о простынях. Текстовых (ржет в кулак) Именно здесь я побил свой собственный рекорд и выдал пост на 5000 знаков. И вообще разучился писать посты меньше 3000 знаков, хотя раньше играл малыми формами. Так что стимулирует. К слову, когда соигрок не подстраивается под твои малые формы и пишет простыни, ты начинаешь подстраиваться сам и учишься. Это же здорово, да? Короче, здесь уютно, приятно и можно попробовать выплеснуть игру за пределы привычного мне Блича, и для этого не нужно десять форумов по каждому фандому, все есть здесь. Надо только придумать, что играть. Или просто сказать, что хочешь — и тебе придумают. Еще один момент. Я не электровеник, и мне приходится всем это сообщать или играть с теми, с кем совпадаем по ритму, но здесь я еще не услышал ни одного упрека, что медленно играю. Благо вдохновляет и тут я сам как электровеник... временами, ага. Короче, это удобно и приятно — держать свой темп и знать, что тебе не скажут ничего неприятного, не будут подгонять и нервировать. В общем, ребят, успехов вам, а я пошел посты писать:)

Bastet: Я крайне редко пишу отзывы, и тем не менее, чувствую, что это необходимо. Юни прекрасный форум, на который хочется приходить снова и снова. Здесь настолько потрясающая атмоcфера и классные игроки, что захватывает дух. Здесь любая ваша фантазия оживает под учащенное биение сердца и необычайное воодушевление. Скажу так, по ощущению, когда читаешь посты юнироловцев, будто бы прыгнул с парашютом или пронесся по горному склону на максимальной скорости, не тормозя на поворотах. Как сказала мне одна бабулька, когда мы ехали на подъемнике – ей один спуск заменяет ночь с мужчиной, вот так же мне, ответы соигроков заменяют спуск с Эльбруса или прыжок в неизвестность. Восторг, трепет, волнение, вдохновение и много всего, что не укладывается в пару простых слов. Юни – это то самое место, куда стоит прийти и откуда не захочется уходить. Юни – это целый мир, строящийся на фундаменте нескольких факторов: прекрасной администрации, чудесных игроков и Вас самих. Приходите, и Вы поймете, что нет ничего лучше Юни. Это то, что Вы искали!=^.^=

uniROLE

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » uniROLE » X-Files » Яд в моей крови


Яд в моей крови

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://sg.uploads.ru/xI10B.gifhttp://s5.uploads.ru/DgJE4.gif
Дракон(Химера)&Аид
Мойры вынесли свой вердикт всем им:
К Олимпу из Бездны ты начал путь,
Но только раз тебе нужно шагнуть.
Зевс-Громовержец будет побеждён -
Аид взойдёт на высший трон!
Но чтобы брата лишить сил
Добудь яд той, что сам освободил...

+1

2

[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]
Закат только-только начал румянить небо, как сон с нас сошел. Мгновенно, словно Танат лично утащил за ухо духа сновидений, и по совместительству - одного из множества своих племянников, отвечавших за наш сон, в Тартар. Коза, на секунду открыв глаза, снова заснула, отдавая другим контроль над своей головой - сегодня утром кто-то снова попытался проникнуть на гору, и ей пришлось ловить охотников за дурманом, пока те не поубивали друг-друга, надышавшись ядовитым дыханием Геи. Львица раскатисто рассмеявшись, тоже задремала - Она явно чувствовала, нет, знала, что что-то должно произойти, но, как и всегда, оставляла выбор и действия за нами. Винить её в этом, ни я, ни другие, не могли и не собирались - потому что сами сделали такой же выбор.

Со мной осталась лишь моя дорогая сестра, Змея, и... Конечно же, Химера. Но, первая ни за что не пойдёт против меня, слишком сильно любит, а вторая...

Боги растут очень медленно - таково наследие Крона. Но и иные существа, особенно из тех, кто сам наделён вечностью, редко взрослеют быстро. Химера была ребёнком - существуя уже столько веков, накопив множество знаний, суть её была ещё совсем юной. Но, как и всякое дитя, наделённое мудростью, взрослым уже недоступной, она не спешила делать ошибки и взрослеть, и позволила большую часть времени управлять нашим естеством именно мне, изучая этот мир со стороны. Видит Тартар - я подчинялся ей не только потому, что дал в том слово, но и потому, что как и другие, успел прикипеть собственной душой к её, полюбить всем нашим общим сердцем. От союза Земли и Бездны всегда рождались очень необычные существа, но мне явно повезло стать частью одного из самых удивительных потомков подобного союза.

Ананке, как бы я хотел увидеть, какой она станет, когда вырастет! Что за силу обретёт? Что за путь пройдёт или сама проложит? Но...

Я не пророк и никогда не обладал способность зреть грядущее. Наоборот - это Я был напророчен другим. На победу, на силу, на жизнь - и на собственную смерть. Но, и в моём случае, боги решили извернуться, поменять расклад. Очередная хитрость - и история пошла по другому пути, хоть я, уже будучи к тому моменту в Тартаре, о том и не ведал. И что будет дальше, со мной, со всеми нами - мне не известно, но тот, кто хоть раз ощутил, как мойры касаются его нити, меняя узор, этого ощущения никогда не забудет. Обычно потому, что оно остаётся последним из того, что душа помнит перед смертью.

Химера тоже чувствовала это. Не знала, что именно - но чувствовала, подгоняла лапы, усиливая ощущение незримо натягиваемой нити. Пока ещё маленькое, терпимое, лишь заставляющее нервы упруго звенеть металлом, разгоняя по телу ихор. Я только вздохнул, ей не переча, но шаг всё же снизил, про себя думая одно:

Слишком быстро.

Как и в прошлый раз, всё происходило слишком быстро, настолько, что мысли за действиями не успевали. Настолько, что смех Ананке отдавался пульсом в висках, вздыбливая чешую. Судьба, за что же ты так с этим ребёнком? То растягиваешь мучения на века, то в одно мгновение сливаешь всю их боль? Что за испытание ты дашь ей на этот раз?

Ананке, я не клевещу и не иду против тебя. Вопрошаю лишь - что ты предназначила ей? Кем она должна стать, через что ещё пройти?

Ощутив меня, Химера замерла с лапой, поднятой в воздух, перед самым выходом из пещеры, ставшей нам убежищем, но я лишь снова покачал головой, продолжая шаг. Смотри, Ананке, смотри - я не бегу от тебя, никогда не бежал... И она не побежит. Не научили трусости - ни в Тартаре, ни на земле. Не боится того, чего боятся люди и боги - она сама их страх. Не побежит она от тебя, Судьба.

Разве что навстречу, ведь...

Этот закат пахнет золотом и асфоделями. Ярко, настолько, что перебивают даже пряную горечь газового дурмана. А солнце... Солнца здесь даже слишком много.

Его фигура в порыжевших на алом зареве струйках дыма, словно возникла сама собой. Может, так и есть - боги на многое способны. Да и зря что ли говорят, что нет дыма без огня?

Милая моя Химера, не смотри ты так на него, сердце восхищением не останавливай. Не стоит того, не убийца и палач. Ни один бог того не стоит, я это знаю, я сам жизнь отдал за них. И из-за них. Не бойся, маленькая, не виню я тебя... Нет в том вины твоей, ни в смерти, ни в восторге. Это тоже... можно сказать, Судьба.

Потому что если это работа богов... Я лично, каждому из тех, кто к этому причастен, разорву глотку так, что эти вечные изойдут ихором до звездной пыли.

И ему - в первую очередь.

Теплое небо в глазах наших светлеет до зимнего моря - прозрачного, холодного, с тонкими-тонкими льдинками, когда он подходит ближе, к границе, за которой наше тело различимо от темных обсидиановых скал. Ну здравствуй, Аидоней. Не чаял вот так вот встретится... Ладно Царство Подземное - твоя вотчина, твой жребий. Там ты и бог, и повелитель, но здесь?!

Когда он приблизился, кивнул ему всеми головами. Змея бросила на меня быстрый взгляд, несколько успокоилась. Не беспокойся, сестра - злобе своей не позволю навредить всем нам.

- Приветствуем тебя, Владыка. Что привело тебя сюда?

+1

3

- Дамы, я хочу обратиться к вам с маленькой просьбой, - так начинался мой диалог с мойрами, что почтили меня своим присутствием. Как всегда, пришли загодя и я даже не успел подготовиться к этому непростому диалогу. Три не привлекательные особы, с весьма специфической формой общения. Перекладывают между собой глаз и читают все события прошлого, настоящего и будущего. Вредные до жути.
- Мы знаем, - глубокий вдох с моей стороны, милая сдержанная улыбка и подскочившая немного бровь. Не люблю я, когда они так делают.
- Я знаю, что вы знаете, - как можно спокойнее и дружелюбнее, что выходит плохо и нотки недовольства все-таки проскальзывают в голосе.
- Так, о чем я, - задумавшись, подхожу к столу с картой, на котором стоят фигуры, - я хочу взойти на Олимп и свергнуть своего брата, мистера совершенство – «я кину в тебя молнией». Как мне это сделать?
- Мы знаем, - вспыхнув синим пламенем, совершаю глубокий вдох, успокаиваясь. С мойрами стоит быть по - осторожнее.
- Я знаю, что вы знаете. Но, как вы знаете, мне бы решение моей проблемы, желательно, без всяких «если», как в прошлый раз, - на губах появляется лукавая улыбка. Мне хватило Геркулеса – сыночка Зевса. Глаз до сих пор дергается от того досадного недоразумения, которое свершилось не по моей воле. На моем лице появляется обворожительная ухмылочка, харизма так и блещет.
   Глаз у мойр снова выпадает и противно скользит по полю, собирая всевозможные крупицы пыли и мусора, который так неприятно сыпался с потолка во время вспышек моей ярости. Кажется, там прилип пепел. «Ну и гадость».
Скорчив рожицу, поднимаю глаз двумя пальцами правой руки и отдираю от него мусор, после чего без особой радости вытираю от пыли о черную ткань своего хитона. Они что-то ворчат там по поводу невозможности столь маленькой просьбы.
- Неужели прекрасные мойры не могут дать небольшой совет своему покорному слуге? – в ход пошла лесть и она возымела действие. Старухи обомлели, поддавшись моей доброжелательности. Глупо похихикав, поведали очередной секрет:
- К Олимпу из Бездны ты начал путь,
Но только раз тебе нужно шагнуть.
Зевс-Громовержец будет побеждён -
Аид взойдёт на высший трон!
Но чтобы брата лишить сил
Добудь яд той, что сам освободил...
- на это я скептически выгнул бровь, сложив руки на груди и сжав губы в единую линию. Снова загадки и стихи, но… голова все-таки стала работать, и исчезновение мойр в этот раз не заставило меня разгневаться. Я благодарно поклонился им и в задумчивости пробыл остаток дня, чтобы затем быть озаренным вполне удачной идеей. «Ну, конечно, Химера!»
   Из всех возможных существ, с которыми я общался и которых облагораживал в своем Поземном Царстве, я знавал лишь немногих, кого можно было бы освободить от ряда ограничений. И главной из них была Химера.
- Ты как всегда, радость моя, - обворожительная улыбка трогает мои губы, когда за всех начинает говорить дракон. Как всегда, сразу вопросы в лоб и ни одного ласкового словечка. И как с ним только уживаются другие головы, не знаю.
- Я тут проходил мимо, решил заглянуть в гости, давно не виделись, - пожав плечами, приближаюсь ближе и улыбаюсь, продолжаю все также наблюдать, - я скучал.
   В моих словах есть немного правды, я и правда, скучал по Химере, которая так ярко выделялась среди своих сородичей. Необыкновенная, прекрасная, разносторонняя и всегда в ее глазах горел яркий огонек. А этот Дракон, он просто скупердяй, и скучный до невозможности.
- Но, здравствуй, мой мудрый друг и прекрасные… прекрасные…, - я завис немного, - прекрасные мордахи! 
  «Фух, кажется, пронесло», - иногда промахиваюсь с определениями, и существа смотрят на меня странно. Этот взгляд и вовсе сбивает с толку, будто пытается понять мое естество. Ну, уж нет, мой прямолинейный друг, точно, не сегодня.
- Только не говори, что тоже не скучал – я тебе не поверю, - а как же без подвоха? Пусть перестанет смотреть на меня так, я ж стесняюсь и того гляди, обращусь в алое пламя под этим внимательным взором. Попытаться обаять дракона, все равно, что запихнуть руку в расплавленную лаву. Все равно обожжет нежные рученьки.
- Ладно-ладно, мне нужна ваша помощь, - еще с минуту я вытерпел пытливое внимание дракона и теперь недовольно выдохнул, умоляющее смотря на каждую голову. Взгляд котика, жизнь которого зависит лишь от того, поможет ему человек или нет. Большие, проникающие в самую душу зрачки, блеск обожания во взгляде. Как же не помочь мне – такому обаяшке и красавчику. Он так и говорит, что взамен сделаю все, стоит лишь попросить, выполнив мою небольшую просьбу.
- Не смотря на то, что мне было тоскливо без вас, я пришел за поддержкой и неоценимой помощью. Ибо нет прекрасней и ненадежней вас, моя милая Химера. Вам ли не знать, как сильно я привязался к вам и с каким сожалением отпускал в этот огромный и холодный мир, - минутка трагичности и безысходности, подготовка к финальному антракту. Выступление, достойное пера призванного поэта.
- Мне тут нашептали три прекрасные девы, что только яд той, что я освободил, поможет мне в моих исканиях, и вот, я тут, - а теперь, харизма и обворожительная улыбка. Тудум. И что же он ответит? Они ответят что?

+1

4

- Не называй меня "своей радостью". Если уж и быть "твоим" - то твоим кошмаром. - Тихо, но отчетливо прошипел я. Змея успокаивающе обвила мою шею, чуть сдавливая. Мы с ней в равной степени ненавидим всех потомков Крона, но... Но ни один из них не бесит меня так сильно, как Аид!

И в вот это вот... Ох... О, Ананке...

Люди поговаривают, что старший Кронид излишне долго просидел внутри своего отца. И Время свой след на нём оставило, полностью из себя исключив. Сказать такое про бога, безумия хватает только у людей, но... Определённая правда в этих словах есть. Он как заставшая в горле кость, неуместен и неприятен, где бы не появился! Как среди людей, так и среди богов!

Не бойся, сестра, можешь ослаблять свои кольца. Я чувствую, что неприязнь к этому существу, с повадками шута и глазами убийцы испытываю только я.

И то, не потому, что он опасен, а из-за того, что за вред он может нам причинить. Не клинком, но словом...

Змея, тихонько кивнув, прошелестела, освобождая мою шею и давая сделать глубокий вдох, успокаиваясь. Никаких нервов на этих богов не хватит...

... - я скучал. - Ну вот, началось... Химера сама, словно завороженная, сделала шаг вперёд, но под моим тихим рычанием, очнулась, моргнула, встряхнув всеми головами. Где-то внутри, сквозь сон, засмеялась над следующими словами бога Коза. Это простой душе всегда нужно было мало, как для улыбки, так и для удара. Да и суть пламени роднит этих двух, больше, чем могло бы показаться со стороны. Фыркнув, выпустил от негодования струйку темного дыма, еле сдерживаясь от того, чтобы плюнуть огнём, если не в самого бога, то хотя бы в его сторону. Но разве будет вред от пламени - богу огня?

- Я - не скучал. - О, Ананке! Ну почему, почему именно я - единственная говорящая голова?!! Это вечное противостояние, между собственной правдой и общей для всех нас! Нет, милая Химера, я не пытаюсь прожечь его взглядом - это бесполезно.

Ну почему? Почему именно он?!!

Я.. просто в бешенстве, злоба клокочет внутри меня. Я не понимаю, почему вообще мы должны быть здесь, разговаривать с этим существом, мучая себя его присутствием?

А затем, струна внутри нас, начинает петь, отпущенная на волю. Тонко, как звенит лунный свет, пропущенный как через игольное ушко, через прозрачный остов пера, рассыпаясь хрусталём о мех. Я поворачиваюсь к львиной голове, смотря на неё боком, и вижу, как через теплую бирюзу глаз Химеры, пробивается темнота зрачка Львицы. Она закрывает на секунду глаза, соглашаясь со мной, и я снова перевожу взгляд на Аида, начиная испытывать нечто схожее с жалостью к богу.

Это не наш бой с Судьбой. В этот раз, Ананка выбрала тебя, Владыка. Это твоё испытание, а мы... Как и всегда, лишь её орудие.

Кивнув про себя, снова перевожу взгляд на бога, и, пройдя к пещере, крылом отодвигаю искусно расписанный под скалу полог, обнажая вход в наше жилище.

- Проходи, Неведимка. Будь нашим... гостем. Даже люди не обсуждают общих дел, не вкусив вместе пищу. - Он явно удивлён, хоть и стремиться этого не показывать. Удивлен, как моими словами, так и тем, что расположено внутри.

Амисодар, столько лет воспитывая чудовище, осознавал, что если просто вернуть нас, вышедших из Тартара, в простую пещеру, то так же быстро из существа разумного, мы можем стать зверем. Поэтому, постарался украсить наше убежище, как мог сам и его мастера.

Змея тихонько шепнула при входе, пробуждая духов. Сестра ловко выдрессировала местные неприкаянные души, буквально заставив их стать нашими гениями, домашними духами, взяв на себя заботу о тех вещах, где нужны были руки, а не лапы. Никто не остался в накладе - мы получили слуг, они - обещание должного захоронения за свою службу. Казалось бы, молитва, пара лепешек и монет, чтобы добраться до Аида и его царства, но нет - люди иногда отказывают своим сородичам даже в такой малости.

Воздух внутри легче и свежее, чем снаружи, лишен яда. К богу по воздуху уже подлетает серебряный сосуд с водой, чтобы омыть ладони и стопы, избавляясь от последних крупиц отравы. Я, повернув крайние головы в разные стороны, тонкими струями пламени раскаляю жаровни на входе, делая свет ярче.

Нашим глазам хватает тех крупиц, что проникают внутрь сквозь ткань, чтобы любоваться красотой свода, но остальным надо больше, чтобы в полной мере узреть великолепие этого места. Наш приемный отец и не знал, отсылая нас, что за богатства таятся в недрах ядовитой горы.

Пламя многократно отражается в гранях кристальных друз и драгоценных жил, освещая всё вокруг и наполняя воздух запахом кипариса. Пол, стены, свод исчерчены причудливым природным узором выходящих на поверхность златоносных жил и сколов драгоценных камней: прозрачного, до голубизны, кварца, индиговой с золотой нотой ляпис-лазури, редкого, но полного звездного света, сапфира. Синий и золотой оплетает всю пещеру единой драгоценной паутиной.

На вырубленных прямо в стенах длинных полках лежит множество свитков, как наших любимых трудов, так и тех, что только предстоит прочитать. Чуть дальше, прямо напротив входа, расположилось место, что заменяет нам небольшой андрон. Три апоклинтра, так же вырезаны из камня, но это оправдывается искусностью отделки и меховыми шкурами на них, и множеством подушек. Округлый стол, вырезанный из единой плиты темной породы, стоит ровно между ними, и сейчас духи его украшают всем необходимым: кубком для гостя, небольшими кувшинами с вином и оливковым маслом, свежим хлебом, зеленью, фруктами, мягким сыром и уже готовой дичью. Атимний и Марис навещали нас только вчера, и пищи было много и свежей.

Когда гость расположился, и гении его обслужили, как и должно бога, я задал первый, самый важный вопрос, ответ на который уже знал:

- Скажи, Аидоней, кому предназначен будет наш яд? Человеку или существу иному? Гиганту, титану, богу? Кого ты хочешь победить?[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]

+1

5

Он как всегда, сопротивляется и гневливо на меня шипит, разве что, не показывает при этом свой длинный язык. Ох, его слова настолько банальны, что я готов зевнуть, если не закатить глаза. На мгновение даже, кажется, что Дракон воплощает собой все страхи людские в отношении меня, но мы, то знаем – это не правда.
- Прости, мой чешуйчатый друг, но с этим ты опоздал на очень… много веков, - губы трогает самовлюбленная ухмылочка. Являясь Владыкой Подземного Царства и старшим сыном Кроноса, я давно уже перетерпел изменения и приобрел иммунитет к различным кошмарам, страхам и тревогам. Нет в мире вещей, существ или Богов, которых я стал бы бояться по наитию. Сон мой крепок и спокоен, как у чертовой спящей красавицы.
- Так что, можешь быть только радостью, - тяжело вздохнув, состроил наигранную сокрушенность и пожал плечами. Завидев шаг в свою сторону, подмигнул Химере и после перевел на собеседника взгляд, который, к слову, задымил тут, гляди и подавится своими же парами.
- Да ладно тебе лукавить, будто бы я не вижу, что скучал, - отмахиваясь от этой подчеркнутой ненависти и неприязненности, не теряю своего очарования, не меняя манеры общения.
   Особенно удивительным было то, что Дракон решил-таки поговорить со мной с глазу на глаз, и даже не пришлось применять козыри, которые неизменно прятались в складках моего хитона. У меня всегда есть запасной выход, будучи постоянным жильцом своего царства, я просто обязан был придумать для себя тайные тропы, через которые мог бы выбираться в мир смертных. По своим делам и просто. «Так просто согласился?»
- Что? Обнимашек не будет? – широка улыбаясь, продолжаю пытаться очаровать дракона, но внутрь, все-таки, прохожу, даже не почувствовав особо перемену обстановки. Хотя, нет, почувствовал. Дышать стало немного легче, и омыть ноги с руками было как раз кстати. Ненавижу грязь и копоть носить на себе, сразу ассоциация с рудокопами возникает. С такими, грубыми и неотесанными, которым чужды понимание прекрасного и чувственного. Против мнения людей, я не был бесчувственным, но кому и зачем это доказывать, верно? Удобнее принимать ту маску, которую тебе вручили добровольно, нежели пытаться нарисовать новое ответвление себя самого.
- Хорошо так устроились, - со знанием дела, с легкой похвалой и удобрением. Естественно, они и не требовались Химере, которую представляла голова Дракона. Это существо никогда не воспримет диалог со мной как дружеский или, хотя бы, приятельский. Для него я враг неприязненный. С другой стороны, как только исчезнут эти словесные перепалки, пропадет и шарм подобных бесед. Не с кем поехидничать, некому сострить и некого поддеть. Скучно.
   Расположившись удобно на предложенном месте, спокойно принимаю кубок, из которого вкушаю терпкое вино. Рубиновые капли приятно согревают все внутри, оставляя после себя необычный букет. Причмокивая, дабы ощутить послевкусие в полной мере, совершаю еще несколько глотков и вскидываю брови, оценивая напиток, как хороший. Кубок уходит в сторону, взгляд возвращается к хозяйке помещения. Моя улыбка быстро исчезает под покровом задумчивости, выражение лица становится серьезным. Я смотрю на Дракона внимательно, оценивая степень своего доверия к нему, оценивая вероятность его помощи, оценивая то, как он смотрит на меня сейчас. И в моих глазах он может прочесть решительность, целеустремленность, изощренность и тягу к уничтожению врагов своих. И я знаю, что он уже понял мой ответ, который вслух уже нет смысла произносить. Но…
- Ты прекрасно знаешь, что во всей Вселенной есть только один Бог, которого я, Так, сильно ненавижу, что готов убить. И ищу способы его свергнуть уже не первое столетие, - голос строгий, даже холодный. Помня свою неудачу с вызовом титанов, я до сих пор продолжаю подступаться к своему младшему брату, не оставляя собственных попыток в достижении целей. Зевс давно ущемляет меня своим правлением, я его ненавижу, он меня раздражает.
- Зевс, - ответ прозвучал слишком громко и зловеще, чтобы игнорировать его или отшучиваться от варианта, как от надоедливого пьяного друга. Дракон спросил, а я ответил, и мне хотелось бы услышать согласие или жесткий отказ, от которого будет зависеть, каким путем я пойду дальше.
- Я спрошу еще раз. Прямо и без шуток – я могу рассчитывать на твою помощь, или же, твоя ненависть ко мне настолько велика и безапелляционна, что даже в убийстве иного Бога, ты не готов мне помочь? – вопрос в лоб. Возможно, я сильно давлю и переусердствовал с жестокостью в собственном тоне, но иначе нельзя. Либо да, либо нет. У меня нет времени вести долгие дискуссии. Я и так долго жду своего часа.
- Взамен же, имеешь полное право просить об ответной услуге, - не часто Боги бросаются правом на исполнение любой просьбы и желания. Ох, как не часто. А тут, практически прямо, Дракону дают в руки обещание, и я его исполню, он может быть уверен. Своим словом я не бросаюсь просто так, ради забавы, оно имеет вес.
   На месте Химеры, я попросил бы свободы, которую она так сильно жаждет. Что бы ни говорил Дракон и прочие существа. Стремление к свободе живет в каждом из нас. В ком-то меньше, в ком-то больше, но живет, загораясь ярким пламенем лишь в отдельных и особых случаях. Так что… я предлагаю взаимовыгодное предложение.

+1

6

[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]Аид, Аид... Говоришь, и сам не понимаешь, что не лукавишь, а признаешься. Я действительно радость тебе приношу - хоть какой-то, если не враг, то соперник, не кровь из души пьющий, а силы дающий на новый бой. Мне всё сильнее жаль тебя, бог - как не хорохорься, как не шути, а войны оставили на тебе след, раз тебе приносят радость эти перепалки.

Я прикрываю глаза, взбираясь на ложе рядом. Мальчишшшка, не наигрался, не навоевался ещё, хоть со стороны и кажется, что взрослее братьев... Что там у тебя в ткани, за закаменевшими складками, кинжал? Или любимый, пусть и уменьшенный, двузубец? Правильно, конечно, как же это - к чудовищу, да без оружия? Но всё равно - боги-боги, дети вечные, дети Вечности...

- Чтобы кто-нибудь из нас задохнулся? Нет, Аидоней, объятий не будет. - Да что ж ты делаешь, гад?!  Может, действительно смерти нашей хочешь?

Под сомкнутыми веками светло, так светло, как не было в первый день свободы. Тише маленькая, успокойся милая, ярко так не гори! Плавится золотая цепь, нагревается каменный трон с драконьей головой на спинке. А слева - звезда горит, звенит, песней сердце рвёт - и моё, и наше. Тише, Химера! Шутка это, шутка лишь, не воспринимай всерьёз, не мечтай!

Успокоилась, образумилась, хорошая наша девочка... Позволила глаза открыть, уже без всяких признаков восторженного света, разговор продолжая. Точнее, негромко, глухо-рыкающе рассмеяться словам бога.

- Зевс? Владыка, гордость свою ты не бережёшь... Или со времен воин окончательно разучился выбирать врагов себе под стать. Хотя... нет. Он тебя просто достал, да? - О, Кронид, не говори о ненависти... Ненависть - любовь иного толка. Наша мать, Ехидна, ненавидит Тифона, называет его своим ненавистным врагом - от того и страсть меж ними такая, что её даже Тартар не загасил! Ненависть - густая, теплая, горячит ихор, сердце бодрит. Ты не ненавидишь брата, ты презираешь его. Так люди относятся к комарам - мелкая зараза, нервы портящая больше, чем кровь пьющая. Впрочем, тебе есть за что: Зевс - не ты, не Владыка, а правитель, в том смысле, что правит, лишь вид делая, статуей из слоновой кости на Олимпе возвышаясь. Он и на троне оказался, лишь потому, что обманул, своровал победу - сначала из лап гиганта, а затем, подсунув тебе жребий Подземного Царства. И власть его давно держится не на нём самом - на усилиях Геры, на победах потомков-ублюдков, на словах Мойр, всегда своё слово держащих. Но стоит им сказать иное...

И верно, сказали уже, раз ты здесь. Ананке, этот пустозвон и тебя достал? Наконец-то! Но...

Ты, как и всегда, выбираешь странные орудия, Судьба, раз решила свергнуть с небесного трона тем, кто сам его занять не сможет. Не потому, что недостоин или сил не хватит. А просто потому, что это не его.

У Аида даже кожа, тонкая и светлая - на горном солнечном свете сгорит быстро, зато здесь, в полутьме, чуть ли не светится. Он пахнет солнцем, но сам плохо его переносит. Беспокойные запястья и волоски на руках дыбом - мерзнуть будет этот пламень на сквозняках сплошь воздушного и невесомого Олимпа. Как бы не заболел... Не зря же и замок свой Владыка сделал в самом теплом месте Царства - в кольце огненной реки Флегетон. На Олимпе огонь гаснет, не держится - слишком близко небо, слишком часты ветра, звезды да солнце ревностью тушат своей, вытесняя из очагов и светильников. А Аид - сам пламя. И не будет жить там, где его стихии жизни нет.

Ты поймешь это, Неведимка... Не сразу, но поймешь, уже после, когда, захватив Олимп, осознаешь - не твое это место, неуютно тут. Слишком много света и холода. Слишком много, даже для тебя, лжи и улыбок. И скуки. Как же тебе будет там скучно! Ведь на небе нет людей, некому вытворять веселье, издеваться не над кем. И тогда, ты вернешься в Царство своё, исполнив волю Судьбы.

Рывок - и три головы оказываются совсем близко с лицом бога. Такого... человечного, такого хрупко по сравнению с нами. Мы знаем, что ему хватит сил убить нас, но... Но сделает ли он это?

Вот и проверим!

-Да. Я ненавижу тебя, Аид. Ненавижу тебя за то, что ты - истинный наследник рода своего. - Я ненавижу богов. Но Аида - я ненавижу как всех богов разом. Ненавижу всех богов в его лице. Ненавижу за ту власть, что он над нами имеет, сам о том не зная...

Золото пробегает по чешуе и меху, перебираясь на крылья, проявляясь в глазах золотыми искрами ярости. И ошейника не надо, вот она - метка твоя, Царства твоего, на всём теле и душах всех, знак принадлежности, верности тебе.

И это будет испытание верностью: сможешь ли ты её принять?

Так же быстро, как мы оказываемся рядом, мы исчезаем, ответа не дожидаясь, одним прыжком оказываясь у темного полога - входа в гинекей. Вроде бы, у людей, вход в него мужчинам не из семьи запрещён, но... там будет хотя бы удобнее, и гении туда не залетают. Тени-тенями, а помешать, как и разболтать нашу тайну, могут...

- Мы поможем тебе, Аидоней... И услуг нам за это не надо - мы знаем цену божественным услугам и словам. Но цена у нашей помощи будет и ты заплатишь её... - Выдыхаю, подбирая слова : Однажды, Она придёт к тебе. Кто - ты узнаешь сразу... Придёт, чтобы рассказать тебе, попростить, потребовать. Исполнять или нет - решать тебе, но ты Её выслушаешь... и услышишь. - После поднимаем полог, проскальзывая в проход, уже из него крича, указывая Змеёй на нужную полку:

- Нож возьми! - Нож там единственный, не перепутает. Самодельный, точнее, самолапный, с деревянной кривоватой, но удобной рукоятью, оплетенной кожаным, чуть протершимся ремешком, чтобы в ладони не скользил. Самый обычный нож, если бы не лезвие - из прозрачного, чуть мутноватого камня, блестящего лишь на чудовищно острой кромке - что поделать, необработанные мастером алмазы тусклы и неприглядны, нам только и удалось, что заточить его до остроты гефестовых клинков - одних из немногих орудий, способных причинить нам вред.

- Яд тебе придётся действительно добывать.

+1

7

Вот так всегда! Убивает всю значимость момента своим стремлением меня уязвить. Противная ящерица! Ох, сколь бы ни был мудрым Дракон, он найдет повод предстать передо мной во всей своей красе. Мудростью сверкая, будто ихор под воздействием солнечных лучей, пытается ослепить меня и унизить, но неведомо ему, что я не поддамся его коварным чарам!
- Я к тебе, со всей душой, а ты! – наигранно сокрушенно, будто мне есть до этого дело. Есть объятия, нет объятий, мне какая разница? Я буду оставаться ненавистным, независимо от состоявшегося обмена любезностями и теплом. По природе своей, будучи одиноким, я не стремлюсь быть милым каждому встречному. Даже союз с Персефоной со временем дает трещину, я чувствую это также ясно, как появление очередной души в моем царстве. Моя жена семь долгих месяцев находится на верху, среди людей, и я никогда не удивлюсь, если она в один прекрасный момент пропадет. Уже начинаю с этим мириться, беря в расчет ее легкомыслие и свободолюбие. Она лишь прекрасный цветок, который взрастила Деметра, и который ее мать пытается пересадить в более благоприятные условия. Вопрос времени, насколько быстро это произойдет, но ростки сии, я вижу уже сейчас. Это проявляется в объятиях, в поцелуях, в жестах, в словах моей супруги. Так что… вывод вполне очевиден, я теряю свою жену также явно, как наступает ночь на Елисейских полях в период моей печали.
- Мы уже поняли, что ты не способен на теплые объятия, оставим этот спор в стороне, - недовольно пробурчал я, все-таки, находя отголосок самообладания на дне бокала, в котором плескалось вино. Единственное спасение от воспламенения, что было способно вырваться в любой момент. Мои эмоции и без того на пределе после разговора с мойрами, а тут еще язвительные высказывания Дракона. Если бы не дело к Химере, давно бы покончил с этим визитом. Зачем мне находиться, в ином случае, там, где меня ненавидят и всячески презирают? Во мне видят врага, уничтожителя, неприятную личность, так чего же мне тут быть. И быть вообще?
- Как раз таки наоборот, я берегу свою гордость и посему выбрал себе врага под стать. К сожалению, есть Боги, которые теряют свою личину, получая власть в свои руки. Зевс не стал исключением, и его замашки стоит ущемить. Он слишком стал похож на отца, а это чревато последствиями, - жестко, безапелляционно, безотказно. Мне осточертели, эти попытки Дракона сделать из меня маленького мальчишку, не способного постоять за себя и свои принципы, столь дорогие моему сердцу. Я пришел за помощью, а не выслушивать чужие соображения по поводу моего решения. Будь такова моя воля – пошел бы к Гее или кому-нибудь еще, но точно не к Химере, у которой Дракон мелет языком, не думая особо.
   Еще один глоток вина, глубокий вдох, чтобы пламя улеглось спокойным потоком внутри. «Глупая ящерица! Зря я, что ли периодически в мир смертных наведываюсь? Уйми свои амбиции!»
- Уж лучше бы ненавидел тех, кто уничтожают тебе подобных, - мягко потрепав-таки голову львицы по холке, после быстро убрал руку. Знаю, Дракон не одобрит, но хотелось опустить пальцы в эти мягкие пряди, приласкать немного, ощутить тепло. Но, в моих словах был смысл. Химеру я берег и даже освободил из Тартара, чтобы она могла найти пристанище там, где ей будет удобнее. Я восхищался этим созданием по-своему, и не мог подумать о том, что ей нанесут вред какие-то герои или Боги. Сын Зевса много тварей победил и убил, но было ли это добром? Столь прекрасные создания не достойны смерти, они уникальны и бесподобны. А ненавидят людей, Богов и героев лишь потому, что те стремятся их убить, ибо не похожи они ни на что более. Жаль, Дракон не понимает, что я на их стороне. В моем услужении находятся существа намного неприятнее и жестче.
- Я без лишних раздумий заплачу эту цену, - твердо говорю я и прохожу следом за Химерой, захватывая с собой кинжал, на который указывала змея. Неприглядный, но одного касания до его острия хватает, чтобы понять – он опасен и вид его обманчив. Алмаз готов порезать кровь и зов крови слышится даже сейчас, когда рукоять просто находится в руке.
- Надеюсь, что малой кровью, - уже задумчиво и немного грустно. Я не хочу вредить Химере, но, если это необходимо, я готов. Без убийства, ибо убивать столь прекрасное создание выше моих сил. Уподобляться глупым героям я также не намерен, ибо лишать жизни симпатичное мне существо я не хочу. Да и зачем? Если можно добыть кровь, являющуюся ядом, лишь одним надрезом или уверенным взмахом руки, означает ли это, что всё обойдется?
   Крепче сжимая нож, вхожу под полог и поднимаю решительно взор, в котором читается готовность ко всему. Если вздрогнет моя рука, чревато будет последствиями, ну нет. Такой оплошности я не допущу ни за что на свете. Глубокий вздох.
- Что я должен сделать? - ширма закрывается за моей спиной, а я смотрю на Дракона и молча, жду его указаний. Раз добыть, то как? Я знаю, как убивать и лишать жизни, но простой добычей, без особых болезненных ощущений, я никогда не занимался. Да и Химеру сложно назвать простым существом, тут нужен опытный наставник. В моем случае – это Дракон, и по совместительству третья голова Химеры, хвост-змея, не в счет.

+1

8

[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]- А ты уверен, что она у тебя есть? Душа? Боги же не люди... - Нематериальное сосредоточение сущности уж точно есть, но можно ли назвать это душой?

Хрусталь и лазурит сменились чароитом, адулярами и аметистами, целыми друзами кристаллов в стенах, лазурь - мягким лиловым и чуточку белым. Её личные покои словно отражали наступившие за пределами пещеры ночное небо со звездами. Огромное каменное ложе безропотно приняло наше тело. Устроившись удобнее,  я повернулся к зашедшему Аиду, продолжая разговор о Зевсе.

- Нет... Зевс больше похож на вашего деда, Урана. Скольких бы проблем удалось избежать, если бы кто-нибудь решительный, как Крон, вовремя его кастрировал!- Усмехаюсь я, скрывая нервозность. Что ни говори, но будет нелегко. И не знаю, кому тяжелее - мне или Аиду.- А что до ненависти... Мы ненавидим лишь тех, кого уважаем. Это приятнее всем.

Так что, можешь гордиться тем, что мы тебя ненавидим, Невидимка. Я ненавижу. И это не измениться, никогда, даже если я исчезну, уничтожен буду - эта ненависть останется с ней, с Химерой. Она будет помнить, она должна помнить, потому что если она забудет - это её уничтожит. Точнее, это не даст ей нормально жить. Не даст жить без тебя, когда она поймёт, какой ты, когда узнает на себе. Будет больно, обязательно будет. Но если она забудет, как это - ненавидеть тебя, будет ещё больнее, потому что тогда она не будет знать, что с этой болью можно жить, что она её сильнее. Что да, так бывает, что самые глубокие раны наносят самые дорогие, и это... Нет, это не правильно или нормально - но именно так чаще всего и бывает.

Выровняв дыхание всех голов, согнул лапы, опускаясь так, чтобы было удобнее всем нам. Правую растопырил, вонзая когти в камень, для поддержки, заранее, а левой аккуратно отогнул верхний из чешуйчатых щитков, закрывающих грудину, обнажая белые, полупрозрачные мышцы с явно различимыми золотистыми искрами пульса внутри сосудов. Кровь у людей - красная, потому и плоть, ею питаемая, такова. А если кровь бесцветна, выдавая мистическую суть,  то и плоть - что лунный камень. Полупрозрачная, чуть ли не светящаяся, твердая.

Мышцы еле ощутимо натягиваются, готовясь нанести удар. В три слоя лежат, даже если щиток треснет - не всякий меч возьмет. Силой здесь не обойтись, нужны знания. И у Аида они будут - я дам.

Я расскажу ему, как нас можно убить.

- Говоря кратко, тебе нужно добраться до сердца.

Маленькая она ещё, Химера. Не может полностью вместить дарованной ей мощи. Вот и копит его, потихоньку, по капле, в самом сокровенном - в сердце.

Которое уже как-то умудрилась ему подарить!

Только и осталось, что забрать...

- Первый ряд режь понизу, у самой кромки нижнего щитка - так этот отогнуть можно будет сильнее. Разрезы делать нужно быстро, чтобы не заросли, глубина лезвия... - Я скосил глаза, примериваясь.  - ... на две фаланги мизинца. Не прямо, а чуть под углом, как под которым смыкается щиток, да, вот так. - Снова переношу взгляд на лицо Аида, и, приподняв бровь, спрашиваю:

- Всё ясно?

Отредактировано Himera (2019-04-21 23:22:21)

+1

9

- Нет, но есть зачатки человечности, - вполне быстро согласился я, не желая вступать в долгие дискуссии и нравоучения. Будь я у меня душа, давно бы задумался о целесообразности своего существования и возможности перерождения в более лицеприятную сущность. Впрочем, нет. Не стал бы уподобляться людям, которые уподоблены были нам. Не зачем мне эти моральные разборки и самоедство, мне и так хорошо. Хотя, знай, я, что раз материализовать Бога крайне сложно, но можно его убить, заставив душу перерождаться в теле смертного, тут, же забрал свои слова назад, посчитав подобное проявление божественной души крайне абсурдным и глупым занятием, пригодным лишь для свержения существующей власти. Жалкое существование среди смертных, без памяти и свои сил – самое, ни, на, есть ужасное, что может свершиться с Богом. Как младенец, только-только появившийся на свет, исследуешь всё, не имея права вспомнить, кем ты был раньше и кто ты есть на самом деле.
- Ладно, твоя лесть засчитана, - указав пальцев на Дракона, многозначительно улыбаюсь, возможно, больше заговорщически. Взаимная перепалка свелась к тому, что меня уважают, чему, скорее всего, я не поверю. Чтобы меня уважал тот, кто ненавидит. Впрочем, от ненависти к любви один шаг, и наоборот. С чем Персефона не шутит? Верить или не верить словам Дракона - с этим я еще не определился, мысленно переваривая озвученное, единственной говорящей головой Химеры. И, как бы грустно это ни звучало, эта ящерица единственное, что передает хоть какие-нибудь мысли. Приятные они или нет – это другое дело, и вряд ли кого-то волнует в текущей ситуации.
   И смотря на то, как существо передо мной раздвигает чешуйки, я думаю лишь об одном: «не говори только, что я должен убить тебя, чтоб был мертв мой брат». Казалось бы, прекрасное решение проблем – замолчит противная ящерица, и Зевс канет в небытие, но, это меня никак не устраивало. Одно дело свергать Верховного Бога и совершенно другое, когда приходится уничтожать прекрасное создание. Вопрос сыплются на мою голову подобно огненным камням с неба, а я молчу, любуясь лунным оттенком плоти. Красивая, даже прикоснулся теплыми кончиками пальцев, чтобы прочувствовать на ощупь, насколько она обманчиво нежна. И правда, чувствуется, как под рукой пульсирует прозрачная кровь, немного завораживая и заставляя зависнуть. Громкий пульс, очень, даже оглушает немного своей силой.
- Мне-то всё понятно, только вот лягушек, как Арес, я никогда не препарировал, - недовольно пробурчал я, скрывая тем самым свое недовольство подобным положением вещей. Но, я сказал готов и значит, сделаю всё, как нужно. Постараюсь даже, не приносить лишних неприятных ощущений. Боль – ее можно стерпеть, но как именно, это уже зависит от самой Химеры.
А дальше? – будто бы мне не понятно, что это лишь начало. Я хотел было приступить, но остановил лезвие прямо возле обнаженной плоти и тяжело вздохнул, поднимая взгляд на Дракона.
- Говорю прямо – я хочу сделать всё как можно быстрее, с наименьшей болью, - серьезно, честно, безапелляционно, без попыток скрыть суть за маской сарказма и иронии, - поэтому, скажи всё до конца.
   Пусть насмехается, смеется, но, это ничуть не уменьшит моего желания не причинять боль Химере. Как минимум, хочется обойтись малой кровью. Если боль, то быстрая и стремительная, которую не осознаешь до конца, нежели, долгоиграющая и ослепляющая, когда аж мозг сводит. Я убивал, я видел, как убивают другие. И посреди сечи, я бы хотел умереть быстро, одним выверенным ударом, нежели истекать кровью и чувствовать, как расстроенный наконечник стрелы упрямо движется к моему сердцу, принося невыносимые страдания. Из двух зол я бы выбрал, наименьшее, и сейчас мне важно осознать весь путь до конца, чтобы не мучить напрасно дочь Тифона и Ехидны. Одна из самых прекрасных. Нет, я не хочу видеть этот жалобный взгляд, когда риск стать полноправным моим подданным становится всё ближе. Она бессмертна, и всё же. Нет.
- Скажем так, не смотря на твой отвратный характер, ты мне нравишься, конкретно, все вы. Я не хочу, чтобы вы лишний раз страдали, - очередной тяжелый вдох, - это в первый и последний раз, когда я говорю вам это, поэтому услышь меня и забудь, что я говорил.
   Когда-нибудь, но должно появиться осознание моего настоящего отношения к кому-то конкретному, а именно к Химере. И, то, что я говорю сейчас, оно должно остаться здесь и после покрыться пылью, ибо, согласно логике Дракона, я не могу ничего испытывать хорошего к другому существу. Я же Аидоний. Владыка Подземного Мира, Правитель, Надзиратель и мне чужды чувства к чему-то прекрасному и совершенному. И симпатия эта чистый умысел, жалкая усмешка судьбы. И когда час настает для действий, я делаю всё холодно, уверенно и без лишних движений, выверено совершая надрезы, чтобы добраться до того самого яда, который сможет убить самого Зевса.  «Еще немного». Засаживая кинжал глубже, как и говорил Дракон, продолжаю начатое действие, искреннее надеясь, что скоро всё закончится и больше не будет нужды резать лунную плоть. «Потерпи Химера, я сделаю всё быстро». 

+1

10

[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]Всё в людях - от богов, так что... Давай называть это если не душой, то той частью твоей натуры, что проявляется не всегда? - Делая оскал чуть более мягким, отстаиваю свою точку зрения я. Даром что боги взрослеют медленно, так и имеют вредную привычку периодически пить или касаться, давая клятвы, воды из Леты - хорошей памяти это не способствует. Нет, если после такого человек может начисто лишиться воспоминаний, то боги помнить продолжают, почти всё. Кроме самих себя.

Смейся, Владыка, смейся, палач. Столько веков прошло, не мудрено, что все забыли, боги, люди... Да и ты сам, наверное, забыл ещё одно из своих имён и его значение.

Милосердный

"- Бедный мальчик..."
"- Напомнить, сколько крови, любого цвета, на его руках? А теперь ещё и нашей!"
"- Ссссзачшшем напоминать? Мы и так чшуувссствуем... Вкуссно..."
"- А бедный, потому что... он сочувствует нам. Точнее, не хочет, причиняя, чувствовать нашу боль. Это же насколько нужно разувериться в себе и своей сущности, чтобы ощущать себя чудовищем настолько?"

На несколько секунд внутри нас воцарилась тишина, прерываемая лишь взволнованным и чуточку сочувствующим сиянием Химеры. А затем голос подала Коза:

"- Бр... Главное, чтобы остальные не принимали его за чудище. Только такого братца нам не хватало!"
" - Почшшему нет? Носсящшшие ихорр в жшшилахх всссегда предпочшшшитали в потомкахх раззсссбавлять его блиссзкородсственным..."

У меня аж чешуя на затылке встала дыбом. Я очень дорожу своей сестрой и люблю её... Но не до такой степени! Хорошо хоть при жизни подобные помыслы её не одолевали, а сейчас - и вовсе неосуществимы. К счастью.

И счастье, что Химера, святая простота, пока ещё её мыслей не понимает полностью. Плодовитость у неё явно, не то, что в мать - в праматерь Гею! Ещё одной волны чудовищ Эллада и Олимп могут не пережить, хотя... Нет. Когда-нибудь, небеса и небожители рухнут. Но точно не таким способом!

Уж лучше это сделает Аид. У него и план есть, и мойры слово своё сказали...

Хах... А ведь ему действительно больно. За нас больно. Скулы так заледенели, что скоро сами хрусталём станут. Пламень не утих, но языки смирил, и всё сильнее отдаёт тяжестью клинка золотая нота аромата...

" - Любуешься?"

Любуюсь, Львица. Красота пола не имеет. И боги, настоящие боги, ей щедро наделены с момента сотворения. Им есть в кого. Не так ли?

Она прикрывает эбеновыми веками бархатно-темные очи, еле заметно улыбаясь враново-черными с росчерками белых швов губами. Аид похож на Неё - его красота такая же, полного исконного, хтонического смысла. Красота орудия, клинка, того, что было создано со смыслом и целью, но внезапно обрело вместе с обликом, с красотой, ещё и жизнь.

Красота врага, оказавшегося слишком близко.

Львица смеётся, беззвучно, лишь выдыхая и приподнимая уголки сшитых губ. Не задаёт следующий, закономерный вопрос, но я отвечаю ей. Нет, уже не ревную. И даже не опасаюсь. Но если он что-нибудь с ней сделает... Я его уничтожу. Пусть это и будет последнее, что я смогу сделать в своем существовании и для этого мне придётся организовать вторую Титаномахию.

- О, это даже проще, чем у лягушек: всё-таки, мы размером больше. - Проговариваю я, скрывая прерывистый вздох. Это - не больно, не сейчас. Больно то, как он нас касается, как затуманивается его взгляд дымкой любования. Красота не имеет не только пола, но и вида, в том её сила, что найти её можно во всём и во всех...

...А пальцы у него всё такие же теплые.

- Вот скорее - как раз не надо. Надо правильно.  Если скорость будет не той, тело не успеет привыкнуть, примет движения за удары и тут же постарается их залечить. А рассекать заново срощенную плоть всегда больнее. Здесь важна точность. Если нужно будет ускориться - я скажу когда. Как и о прочем.

Это действительно не больно. Уговорить тело смирить инстинктивный порыв ударить, напасть на того, кто посмел ранить нас и залечить саму рану - куда труднее и больнее. Химера об этом знала, но заранее согласилась на эту боль, готовая потерпеть, ради Аида. Но знать и понимать - разные вещи, и сейчас, это понимание, это принятие... Даётся ей нелегко.

Я лишь снова киваю, но отвечаем все мы:

- Мы не сможем забыть. Мы запомним. Но не будем ни упрекать, ни насмешничать, лишь гордиться, Климен.
"А главное, что..."
"... ты сссам ужшшше..."
"....этого не забудешь. Никогда."

Химера выпускает когти на свободной лапе глубже, взрыхливая горную породу - как песок. Пока аккуратно, лишь сделав полосы чуть более глубокими и пустив по камню мелкие трещины. Она, уже не я - чем сильнее будет плоть, тем труднее будет удерживать мне тот эфемерный, дарованный контроль, что у меня был, тем более полной будет связь самой Химеры с телом... И тем сильнее будет она чувствовать боль. Замкнутый круг истязания, который ей нужно будет вытерпеть, не разорвать, чтобы все были в безопасности.

То, что Аид закончил с первым слоем, ощущается сразу - лапа дрожит, и щиток движется чуть свободнее, отдаваясь легкой ноющей болью в нутро. Поднимаю за край его выше, проворачиваю до боли в концах, где мышцы переходят в связки и кости, фиксируя так, что опустить его сможет только сила извне.

Алмаз начинает сверкать, покрывшись небольшим количеством ихора, чуть-чуть дымиться от пламенного отзвука нашей сути, но стоит взмахнуть им - как дым пропадает.

У второго слоя сами мышцы тоньше, но расположены они плотнее, и золотых искр больше, а они сами расположены чуть под углом, уходя под мехом и чешуей с кожей к крыльям.

- Всего пять разрезов, скорость средняя. Глубина - на мизинец. Найди середину, её можно нащупать - она самое твердое, это место выступа киля, отступи с обеих сторон по два пальца и сделай два вертикальных разреза. Делай поочередно, потому что сразу после каждого нужно сделать надрез горизонтальный - примерно по середине всех мышц до края щитка, быстро, начиная от середины вертикального разреза, сначала на глубину пальца, но постепенно уменьшая до фаланги. Когда мышцы начнут расходиться и будто всасываться - не удивляйся, так и надо. Последний надрез делаешь над самым килем, медленно и аккуратно, словно его очерчивая. После подожди минуту, пока у нас не вернётся голос и мы скажем, что делать дальше.

"- Интересно, а у него хватит наглости спросить, откуда мы знаем, как именно нас нужно вскрывать?" - Влезла со своей иронией Коза.

Уж лучше бы нет. Химера в правде ему не откажет, но ответ звучать будет ну очень неловко! Даже для нас.

А смеяться сейчас будет ну очень больно!

+1

11

Подождите-ка минутку, это что, он намекает все-таки, что есть эта душа, да? В другой форме, но, есть. Честно говоря, так бы и оборонил бы собственную челюсть подобно мойрам, что вечно теряют свой единственный глаз. Однако сохраняю чувство собственного достоинства и самообладания и лишь выгибаю брови в вопрошающем жесте и чуть наклоняю голову в бок, при этом расплываясь в широкой улыбке.
- Пусть будет так, - соглашаюсь с доводами Дракона, поражаясь форме его мнения, которое поразило своей внезапностью. Встреть я эту змеюку позднее, обязательно объяснил бы, как сильно заблуждался он и как был близок я, говоря о собственной душе. Мы оба сейчас не правы, но, разве это будет важным через многие столетия после? Так, чисто мироощущение поменяется и появится осознание того, что Боги не исчезли бесследно и лишь спят, ожидая, когда им напомнят о скрытых возможностях и истинных обязанностях. В этом даже есть какое-то скрытое предназначение. Найти всех, вернуть им воспоминания и атаковать людей, чтобы они вспомнили о нашем истинном могуществе. Да, знай, я, что у богов тоже есть душа, иначе планировал бы свое восхождение на Олимп, сильно иначе. Но в данный момент мне неизвестно многое, так что…
- Вы размером больше, а они количеством, - недовольно пробурчал я, заметно выдыхая воздух, чтобы затем сделать более глубокий вдох. Мне тяжело признавать это, но крайне тяжело ранить того, кто сам вложил нож в твои руки и теперь с таким деловым видом поведает о том, как достать необходимый ингредиент и заодно убить. Конечно, я не Геракл, который воспользовался бы любой возможностью, чтобы навредить Химере, но и не святой. И, тем не менее, я не причиню этому прекрасному созданию столь непоправимый вред, не обману ее, его доверие и ни в коем случае не буду подло вонзать им в спину нож. Да, Боги учили меня другому, но, быть милосердным и немного правильным – это никогда не поздно, ибо время длиться бесконечно долго и в нем должны быть светлые проблески, а не только черные полосы. А лягушки – их много, на них можно практиковаться и не жаль, что мелкая тварюга померла раньше времени, а Химера – она одна в своей природе и наносить ей страшные раны чревато последствиями. Баланс, хоть какой, но в мире существует, и уничтожение одного из существ, грозит нам очередной катастрофой. Ибо любая напасть страшнее любой предыдущей.
- С допустимой скоростью быстро, аккуратно, точно и внимательно, - согласно кивнув, улыбаюсь. Даже в таких важных вещах не могу промолчать, мне нужно прийти к соглашению. Не будь я Богом, скорее всего, стал бы торгашом от бога, разрешая различные финансовые трудности. Хотя… даже при моем текущем положении, порой крайне интересно проводить сделки. Вспомнить Эвридику и Орфея. Если бы музыкант не накосячил бы – вернулась бы его возлюбленная в мир живых. Но, ох и ах. Правила есть правила.
- Хорошо, - расправившись с первым слоем, уверенно следую рекомендациям Дракона, пускай, иногда и хочется возвратиться и изменить курс надреза. Рука не дрогнула, но внутренние переживания так и теребят мысли. Я сосредоточенно орудую клинком, но, его сияние – оно становится ярче и дыхание спирает. Слишком прекрасно это зрелище, слишком близко раздается удар сердца, но я режу дальше, не останавливаясь. Помню, что змей сказал о повторном надрезе и сопутствующей этому боли. Не хочу вновь ранить существо, не хочу чувствовать эту агонию, что проходится по мощным лапам Химеры легкой дрожью. В глазах видно все – они отражение души, внутреннего «я», считайте, как думаете верно.
- У меня такое ощущение, что ты от скуки сам себя изучал в свободное время, - неловкая попытка отшутиться, когда я заканчиваю почти со вторым этапом инструкции.
- Я почти все, что дальше? – взгляд не отвожу от разрезанной плоти. Опасаясь сойти с заданного, одной из голов, маршрута. Это все классно, конечно, но отвлекаться не стоит, тем более, вон какое красивое и яркое зрелище открывается передо мной. Цвет лунного камня, что собою являет тонкую кожу Химеры, золотистое сияние ихора и отсутствие голоса. Он говорил подождать, пока не прорежутся голосовые связки, но без его голоса, я чувствую себя одиноким. Ощущаю себя врагом или вором, который напрасно влез в чужие покои и это ужасно. Знать, что, по сути, таковым и являешься, требуя то, не знаю что, по словам мойр. Так ли они правы?
   «Так, я начал это и я должен закончить. Позняк метаться подобно сардине, что отбилась от своих сородичей во время переправы по просторам морским и теперь ищет дорогу». И, правда, глупо это очень – сначала прийти и потом передумать. Так не делают мужчины, если и браться за дело, то завершать его до логического конца, а не по внутренним сомнениям.
-  Не спим! – властно произношу я, замирая на пару мгновений в ожидании последующих рекомендаций. В данный момент время не на меня работает, мне нужные слова вредной змеюки, а не его молчание. Вот-вот, ощущение, что начнет зарастать плоть Химеры, и тогда придется начинать сначала. Чего не хочется, очень.
«Остается надеяться, что осталось немного…. Сей процесс начинает меня утомлять».

+1

12

[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]Боль терпеть можно - она лишь сигнал того, что с телом что-то не так, крик о помощи от плоти. Куда сложнее, когда этот крик переходит в яростный рёв. Змея начинает хлестать по бокам, пока, не осмотрев всё помещение заново, не оплетает особо большую и крепкую аметистовую друзу в изголовье ложа - намертво, в несколько оборотов, ещё и зубами вцепившись в собственное тело, для надежности. Чтобы яд вовне не выходил. Обычный, но даже бессмертному способный оказать множество неприятностей, хоть и для богов мелких.

Гнев пока мал, Химера себя ещё помнит, вон, даже Коза, хоть и опустила голову, трясет ею мелко-мелко, но лишь для того, чтобы согнать наваждение. Мы пока справляемся, хоть мышцы второго слоя, разрезанные, хлестко бьют по нервам рваными окончаниями, втягиваясь под покров. Крылья тут же опускаются на пол, изогнувшись слишком сильно и криво, чтобы это выглядело естественно и здраво. Ничего, когда сухожилия, разрезанные вместе с мышцами, зарастут, ими снова можно будет двигать, хоть пару дней всё и будет болеть, чуть ли не сильнее, чем сейчас.

С ответом медлю - не из-за того, что подбираю слова, а выжидая, когда тело, лишенное голоса, отыщет запасные голосовые связки и использует их. Люди слабы, потому что их тела имеют меньше возможностей, у тех же чудовищ подчас один и тот же орган, одна и та же плоть, дублирует себя сама. и не один раз - чисто на всякий героический случай. Другое дело, что происходит он не часто. И хвала Тартару!

- Почему со скуки? Чаще всё-таки из необходимости... - Зная, что мои слова могут быть истолкованы неверно, поясняю. - Мой приемный отец, Амисодар, он не только обучал меня, но и изучал. В том числе, и изнутри. - Новый голос чуть глуше, управлять им было сложнее, поэтому вышло суховато, да и дышать так явно было чуть-чуть, но труднее. Но сначала нужно дать инструкции, пока мы ещё можем.

Третий слой, на первый взгляд, и вовсе структуры не имеет - мышцы расположены мозаично, контур свечения неровный, похож одновременно то ли на цветок, то ли на огонёк, а то и вовсе - на звезду.

- На третьем круге сначала осмотрись, отметь область посередине, чуть больше раскрытой ладони и мысленно наложи так, чтобы он большей частью совпадал с сияющими полосами, которые возникают поперёк волокон в паузе между ударами. Должен получится не совсем ровный, но круг, как контур раскрытого бутона. Режь точно по нему, глубина - произвольная, либо пока не наткнешься на кость, либо пока нож не провалиться в полость.После аккуратно подцепи пласт плоти и перенеси - можно на соседние мышцы, к углу щитка, главное, чтобы не мешал. Так ты доберешься до костей, но мы уже вряд ли это почувствуем, так что, рассказываем сразу, как работать с ними.

Язык уже начинает заплетаться, но я моргаю и продолжаю:

-  Не смотри, что они почти прозрачные, на крепость это не влияет. - Наши кости по цвету очень похожи на молочный янтарь, только ещё прозрачнее. А по прочности лишь немногим уступают природному алмазу. - Осторожнее с килем, он острый. Остальные можно даже ощупать, насколько позволяет отверстие. Чтобы преодолеть их нужно будет приложить силу. На костях, так же примерно кругом, есть насечки - даже если их не видно, можно нащупать. Углубляешь насечки, после ставишь нож в них на кончик, и... Видел когда-нибудь, как скульптор обтачивает резцом мрамор, скалывая куски? Механизм тот же - устанавливаешь под углом и ударяешь по навершию рукояти, пока кость не расколется, и так по кругу. Щиток первый, ребер всего две пары, так что, шести  надломов должно хватить. После снова подцепишь за ребро и вытащишь.

Пару секунд спустя, когда бог снова берётся за нож, мы продолжаем рассказ. Это полезно - отвлекает от всего... этого.

- Мы даже внешне похожи на нескольких разных зверей сразу. Некоторые мои родичи не могут похвастаться и этим - их облик ни на что не похож, ни в мире смертных, ни в иных. Но внешнее сходство не обеспечивает схожего внутреннего строения... - Снова прерываюсь, чтобы сделать вдох. - И это действительно так. Есть признаки существ, на которых мы, пусть и не похожи внешне, но давших нам какое-либо свойство. Например, мы похожи на льва, но умеем плавать, и при рождении имели не пятна, а полоски. Внутри же... Изнутри всё кажется ещё более странным. По законам природы, я... мы... просто не должны существовать. Не можем. Исключением из слишком многих правил являемся.

Слишком мало веса для такой силы. Слишком много веса для такого полёта. Слишком ловкие и быстрые для такой громадины. И слишком мало пищи нужно, чтобы поддерживать свою жизнь - для зверя в два с лишним раза больше человека, способного съесть мужчину целиком, едим мы даже реже и меньше людей.

Коза вгрызается в оголовье пастью, камень не плавится, но явственно греется от её огня. Он копится, жжет нутро. Я уже не знаю, как мне удается продолжать говорить, когда, по чужим же головам замечаю, как у нас даже глаза меняют цвет - лазурь уступает угольям рубина, алой животной ярости, идущей из  глубины сути Химеры. Она всё ярче и ярче, заполняет радужку целиком, пока... неожиданно не гаснет, полностью, без остатка. Львица аккуратно склоняет голову к плечу Аида - не ложась, нависая над телом, так, чтоб не мешать двигаться, закрывает глаза, лишь дышит тяжело и часто, впитывая, как эссенцию покоя, его запах.

Асфодели, точно... лишение боли и успокоение. Он - наш личный асфодель, успокаивающий одним своим присутствием даже звериную ярость Химеры.

Ты знала, да, Львица? Что так и будет? Что даже задыхаясь от боли, Химера просто не сможет нанести удар - не ему.

О, ты всё знала...

- Амисодар обучил нас не только чувствовать, но и знать своё тело. Наука вышла жесткой, в чем-то даже жуткой, но полезной. Изучали так мы не только себя... -   Дышать всё ещё тяжело, но легче, чем было, когда гнев плавил вены. Правда, лапы уже начинают неметь от нагрузки, ощущения постепенно исчезают, но... с этим можно справится. Если не можем мы - Аид точно сможет.

- Когда будешь готов снять кости, скажи нам.

Отредактировано Himera (2019-04-28 07:05:59)

+1

13

- Никогда не замечал за тобой столь ярых наклонностей, - не могу я унять заметного беспокойства и недовольства. Химера позволяла себя резать и также спокойно за всем наблюдала? И каково это – поддаться чьей-то чужой руке, что, еще не зная строения, начнет разрезать плоть, вынимая наружу обнаженные органы? Как-то всё это неправильно и непривычно, ощущаю себя мясником, который вторгся в чужие владения с наглой улыбкой искателя сокровищ. Даже губы сжимаются в тонкую линию, когда приходит это осознание. Мне всё это не нравится и претит моей тонкой душевной организации, которая проявляется редко, как выразился Дракон.
   Я послушно следую указаниям Химеры, даже в какой-то момент появляется чувство, что я занял место лекаря или же, и правда, мясника, который уверенно разрезает пласты мяса, добираясь до самой сути существа, чтобы затем разделать его на мясные заготовки или залатать. В нос даже ударяет некий аромат-подобие на кровь, что, скорее всего, можно списать на игру воображения. Руки окрашиваются в ихор, пальцы немного слипаются от его густоты, мне становится не по себе. Мало мне чужой крови на руках? Прохожу еще девять кругов своего подземного царства, пытаясь добыть то единственное, что сможет одолеть Зевса. Мясник, подлец, интриган, у которого нет ни стыда, ни совести – вот, что я начинаю думать о себе самом.
- И никогда не думал, что буду представлять себя скульптором, разделывая уникальное и прекрасное существо, - тихо бурчу себе под нос, прекрасно понимая, что Дракон все равно услышит и что-то выскажет по этому поводу. Мое мнение не изменилось, даже не смотря на то, что только благодаря ему я знаю, как правильно разрезать плоть Химеры, и в какой именно, последовательности.
- Но, это не делает вас, менее прекрасными. Люди, Герои и многие Боги, глупы и не принимают то, что для них не понятно. Не хотят видеть уникальную красоту в необычности, даже не пытаются увидеть в непохожести чужой нечто потрясающее, и восхитительное, и оттого их сердца жестоки и примитивны, - я говорю то, что считаю верным. И не страшусь осуждения, ибо все время осуждаем другими. Причин много, но, разве это имеет значение, когда ты скрыт от чужих глаз и появляешься в мире живых и на Олимпе лишь по необходимости, не имея права находиться там по собственному желанию всё время? Определенно и ясно, что нет. Я изгнанник, давайте смотреть правде прямо в глаза. И Зевс с Посейдоном, они лишь отправили меня туда, откуда я менее всего был опасен для них. Точнее, он – мой брат Зевс.
- А, если вы есть, значит, должны быть, другого не дано, - все это философия, порой бессмысленная и не оправданная. Если кто-то родился и есть в природе, значит, так должно быть и есть, не смотря ни на что. Надо принять этот факт, а не слушать разных сморщенных старикашек, считающих себя всезнающими учеными.
- Даже не стану спрашивать, кого еще изучали, - тихо протянул я, выдыхая в пол, заканчивая операцию на том моменте, который оговорил Дракон.
- Готов, - уверенно говорю и ясно, пускай, уверенность эта и сильно ограничена в познаниях. Я не Амисадор – не писал в книги умозаключения о строении Химеры, не думал класть ее под нож и узнавать ее внутренности. Предложи мне кто-то еще раз проделать весь процесс повторно, испепелю на месте и не пожалею ни огня, ни ярости. Никто и никогда больше не должен притрагиваться к этой нежной плоти, причинять боль Химере и как-то уязвлять ее суть подобным орудием. Надеюсь, что и она не позволит, станет вгрызаться в такого индивидуума всеми зубами и когтями, что у нее есть.
- Я принесу потом тебе нектара и божественных снадобий, чтобы быстрее залечить раны, - спокойно произношу я, прежде чем Дракон продолжит давать инструкции. Предложенное мной должно сработать. Все же, рождена Химера была не от простых смертных, а от тех, кто имеет божественную сущность, пускай, истинными Богами они и не являются. Порождения уникальности, чье предназначение убивать Богов, и потому, сильнее они по силе небожителей и ненависть их к нам первозданна, как и самое дно Тартара.
   Но, это не умоляет моей симпатии или привязанности к Химере, сколь бы ненавистен я был ей самой или ее головам, я именно тот, кто выпустил порождения Ехидны и Тифона из своего царства, показав всё странной коварной случайностью. Лишь Кербер еще оставался на своем месте, пока что, не желая следовать за своими сестрами и братьями, еще не насладился своей работой и не знал, куда идти, не обремененным, будучи, обязанностями в подземном царстве. Может, и кажется всё утопией, но, выбор у каждого свой и его осуждать я не намерен.
   Плавно снимая кости, чувствую, как пальцы дрогнули. Непривычен мне жест и претит тому, что я ощущаю. Но, руку я не одергиваю, экономя и без того, ограниченное время. После, я буду удивляться своей мужественности и стойкости и сокрушаться, что посмел посягнуть на самое святое. И именно это подстегивает меня, потом, вернуться и сделать всё возможное, чтобы Химера быстрее восстановилась. Я не пожалею сил и снадобий, чтобы скорее прекрасное существо оправилось от подобной резни. Ибо так правильно.

+1

14

- Это не то, о чем можно подумать. Мы не любим боль, хоть и умеем её терпеть. Просто когда узнаешь, что твои возможности выходят за пределы, не просто какие-то средние, а пределы, установленные природой, приходится искать границы . Чтобы себя не потерять. - А ещё, чтобы  знать, какой, хоть примерно, будет цена. Кому многое дано - с тех много спросится. И я даже представить не могу, что Ананке потребует у Химеры, когда придёт час.- Что до тебя... никогда не поздно открывать в себе таланты. Вдруг когда-нибудь они понадобятся? Или вдруг ты обнаружишь, что действительно хороший скульптор?

На лицо Аида упал первый, пока ещё слабый луч света, но вслед за ним появились и остальные, бросая блики не только на кожу, но и на ткань, на стены... рокот пульса зазвучал не только в висках, но и просто шел снизу, из-под щитка. Аид добрался до сердца.

Большого, действительно большого, в то отверстие, что Аид проделал, его даже не было видно целиком. Если плоть и кости обладали хоть каким-то цветом, его оттенками, что придавали им плотность, то сердце, при всем его размере, казалось эфемерным - полностью прозрачное как из стекла, легко-легко голубеющее на гранях, что создавало его еле заметный контур, таящее внутри...

Как... это можно было назвать? Пламя? Свет? Нечто живое, источающее свечение в такт пульсу - сосредоточие нашей сущности.

Смейся, бог... Если так тебе легче, то смех не зазорен. Тебе выпало тяжкое испытание - испытание доверием, испытание верой. Что ты сделаешь, получив в свое владение существо, безоговорочно тебе преданное? Что ты сделаешь с тем, кто тебе доверился? И что ты сделаешь с собой, чтобы достичь своей цели?!

И что потом это может сделать с тобой?

- Надеюсь, про сосуд для яда ты не забыл... Далее, резко вгони нож в сердце на половину лезвия и жди. Яд можно собирать только тот, что будет капать с лезвия, запомни! Первым будет обычный ихор, затем - темно-лиловая жидкость. С ней ты тоже знаком, но сейчас она нужна не она. Вслед за этим жидкость поменяет цвет и появится запах - это и будет твой яд. Собери столько, сколько успеешь, пока он не начнет чернеть, а затем аккуратно и медленно вытащи нож... если он до того сам не выпадет, расплавившись. После верни кости и плоть на место и просто закрой щиток.

Лезвие прошло в сердце играючи, пустив по поверхности стеклянную паутинку. Когда нож попал в свет, свечение подугасло, нет, не став меньше, просто более ровным, лишившись пульсации. Лучи оплели лезвие целиком, но за прозрачную границу сердца не выходили, только начали просачиваться крупными вязкими каплями.

Пока яд набирал концентрацию, у меня было время ответить Аиду и на остальное.

- Прекрасными? Владыка, ты действительно удивительнейший из богов, если искренне считаешь так... - Рыком хохотнул я. - К чужой глупости можно быть снисходительными, особенно если она направлена на нас. Этот мир суров, а чудовища, как мы, только делаем его опаснее.  А любому существу свойственно если не бояться, то опасаться того, что может его убить. Тебе переступить эту грань легче, Аидоней, ты видел сметь в лицо и властвуешь над ней. Но нам всё равно удивительно, как ты без страха можешь прикасаться к нам, к той, что может уничтожить даже тебя...

В груди колет - не только от ножа, просто цвет ихора меняется на лиловый, холодя грудь и расписывая лезвие инеем. Кровь уже стала ядом, способным навредить богу, но... Он слишком слаб, только и может, что забрать силы на одну человеческую жизнь. Стоит богу умереть, или выпить меньше необходимого, как это было с Геркулесом, как эффект становится нестабильным и может спасть в любой момент.

" Кстати, а откуда Аид взял эту отраву в прошлый раз? И почему не использовал на Зевсе?"
"Взрослый бог сразу почувствует, что это за жидкость и даже не прикоснётся к ней. И он не добывал её, она просто была."
"Помню... Нюкта уговорила?"
"...Она опасалась, что боги постараются завоевать Царство и искала защиты. Но подземным повезло, что жребий пал именно на Аида."

- Не надо лекарств. Неизвестно, как точно они подействуют. Могут и помочь, но могут и погубить. Мы схожи с богами по сути, но и отличий не мало. Не зря же... а, вот. Пора, Аид.

Воздух наполнился сладким и жадным запахом благословенной амброзии. И вкус, и запах, и цвет - не отличим от божественного золотого нектара. Но вот результат...

- Смотри, Владыка... Вот для чего ты пришел к нам. Вот причина того, почему мы наводим ужас на богов одним своим существованием... Правда похоже на любимое лакомство праздных олимпийцев? Да только эта сладость поперёк любого божественного горла может встать и убить бога. Не просто бога - саму его суть, ввергнув в настоящий кошмар. Ведь, что может быть для бога ужаснее, чем перестать быть им?

- Ты же не собирался просто убить своего брата? Это слишком скучно для тебя, Аид. А так... Зевс познает всю бренность и боль человеческого бытия. Всего несколько капель этого яда - и он не только потеряет силы, но и будет обречен из раза в раз перерождаться человеком. Он не будет помнить, он  не будет знать... И не будет способен изменить свой приговор. Нет, шанс на то, что он добудет лекарство - есть. Но добыть его ему, человеку, будет куда труднее, чем тебе, Аид, пришлось добывать этот яд.

Флакон с золотом оказался запечатан, нож - аккуратно вытащен из сердца. Едва щиток опустился, занимая положенное место, как мы рухнули - подрагивающие лапы не вынесли напряжения и усталости. лишь львиная голова, управляемая Химерой, слизнула со щеки бога наш собственный ихор, в качестве прощания и извинения. Я и сам едва держал глаза открытыми, но договорить стоило:

- Уходи, Владыка. Если ты услышал мойр, то это мог сделать кто-то ещё. Сейчас нам может помочь лишь время... - Время всё расставит по своим местам, оно покажет, прошел ли ты испытание - или нет. У меня уже нет сил выносить вердикт ещё и тебе. Климен, но... благодарю тебя, Аид.

За то, что показал, насколько ты хороший враг. Враг, которым мы можем и будем гордиться.

Я уже не видел, как он уходил, передавая контроль другим, смежил веки и уснул. Несколько часов спустя проснулся, ощущая чужое присутствие и когда открыл глаза, кивком поприветствовал ещё одного бога. Весьма ожидаемого, пусть и нежеланного, как и ощущение заново натягиваемой нити.

Тяжело вставая на лапы, встряхнул головами, прогоняя дрему. В пещере было тихо - Змея уже освободила гениев, на всякий случай. Правильно, меньше свидетелей - меньше досужих сплетен. И так понятно, что они будут, но... но этому мы уже не сможем помешать.

Выйдя из пещеры, я снова, как и несколько часов назад, вижу выходящую из дурманного тумана мужскую фигуру, только уже другую. Хмыкаю, еле заметно опираясь на невидимого людьми Мороса - сил у нас ещё слишком мало.

- Так-так-так... Ну и что тебе здесь надо, герой?[nick]Дракон[/nick][status]Меня нет - считай, калека![/status][icon]http://s7.uploads.ru/vLxZm.gif[/icon][lz]Умнейшая (потому что единственный, кто обладает логикой, хоть и мужской) из голов Химеры. Пока ещё с ней.[/lz]

Отредактировано Himera (2019-04-30 20:10:33)

+1

15

Для сопровождения

Боль. Кто ее любит? Кто подпишется под тем, что ему приятна боль и она долгожданна, как первый цветок, выросший после долгой зимы? Дракон прав, порой, полезно знать границы собственной природы, чтобы строить свои определения, преимущества и недостатки, дабы понимать, к чему ты готов, а что станет для тебя долгим и болезненным падением. И все равно, я не смог бы позволить кому-то разрезать свою плоть, чтобы увидеть внутренности и дать им оценку. Пусть лучше все происходит так, как есть. А идти напролом куда интереснее, находясь в неведении. Все может закончиться в один момент, или же, протянуться слишком долго, что и запомнишь с лихвой. Не знаю, как смогла Химера спокойно смотреть, когда ее исследовали, но, у меня появляется непреодолимое желание разрушить кинжал, обратив его в прах.   
   Новые таланты.  Скульптура. В этом и правда есть смысл, ибо мрамор обладает своей душой и с радостью поддается лишь умелой руке мастера. Он светится изнутри, оживает, когда проявляется фактура скульптуры, приобретает более реалистичные очертания. И видна каждая прожилка в камне, что больше напоминать начинает вены и кровеносные сосуды.
- Понимаю. А по поводу скульптуры, может, и прав ты. Неплохо было бы украсить свой дворец красивыми скульптурами, как и путь от Стикс к Подземному миру, - да, определенно, тут душам будет комфортнее перемещаться и дорога покажется более приятной. Главное, чтобы украшения не вызывали трепетный страх. Восхищение, все же, многим лучше паники. А красота, она способствует безболезненному переходу в любое состояние.
   А потом, я увидел прекрасное сердце и обомлел, радуясь сиянию, что могло бы ослепить не подготовленного и уничтожить любого, кто посмел покуситься на святое. Свет чем-то напоминал сияние солнца и захватывал дух. Но, предательских действий я и не думал совершать. Уж больно нравиться мне Химера.
- Я и правда так считаю, что касаемо страха… Я его не испытываю, равно, как и опасений, потому что не желаю вам зла. Говорят, что звери чуют чужой страх и злые намерения, и потому нападают. Так скажи же, смог бы я прямо в глаза тебе смотреть и сидеть так спокойно, пробираясь к яду, если желал лишь твоей смерти? – серьезность моя вполне обоснована, когда нутро Химеры нараспашку, а я собираю ее яд в хрустальный пузырек из горного хрусталя. А еще, когда-нибудь, но должны были встать на свое место некоторые факты, чтобы после уже не было недосказанности и фальши. Ибо не смогу я больше показывать себя настоящего, мой долг обязывает к совершенно иным порядкам и пламя должно бушевать, вызывая у прочих страх неумолимый. И Кербер мне в этом идеально помогают вместе с Хароном.
- А ты говорил, что у Богов нет души. Есть она – и твои слова тому подтверждение, Дракон. Пусть брат страдает, но никто более не должен знать, что Зевс будет жить, не помня себя самого и перерождаться. Сохрани эту тайну для меня, - не приказ, просьба, пока аккуратно вынимаю кинжал из чужого сердца и возвращаю кость на место. После все обратно вернул, аккуратным прикосновением пальцев притронувшись к раненной плоти. Призвал немного собственного пламени, чтобы прижечь местами разрезы, дабы срослись они быстрее. Но сделал я это безболезненно, контролируя температуру собственного пламени.  А потом, потом, коснулся рукой своей щеки и тяжело выдохнул, пряча флакон в складках хитона.
- Спасибо, - улыбнувшись грустно, поднял взор к Химере и тут же ощутил, как ее язык коснулся моей щеки. Я не отказал себе в удовольствии коснуться холки львицы и потрепать ее шерстку, ласково и нежно. Если бы не она, я бы никогда не смог достать сей яд. Еще и Дракон, проявил снисходительность и поведал мне тайну, которую, я буду хранить, не смотря ни на что.
- Я заберу кинжал? Пусть хранится у меня, - еще одно подтверждение того, что я не желаю других «исследователей», которые могут причинить вред Химере. Да и так спокойнее, орудие не должно быть возле того, кому оно может навредить. Многие желают, лишить жизни это прекрасное создание… и их не остановит мой гнев. Даже зная, каким страданиям я могу подвергнуть тех, кто впал в мою немилость, всегда найдется герой или еще кто-то, кому будет наплевать на собственную агонию, для них будет важнее уничтожить уникальное существо. И восславить себя в легендах, похваляясь, как самоотверженно сражались со страшным чудищем. Глупцы.
-  Я вернусь, чтобы проведать тебя, - поднимаясь на ноги, отряхиваю черный хитон от пыли и широко улыбаюсь. Да, пока я не буду верен, что Химера восстановилась, я не отстану, и буду раздражать Дракона своим присутствием. Он отказался от снадобий, но не может запретить мне наведываться сюда, и беспокоиться об их самочувствии.
- Я обязательно вернусь, а теперь, отдыхай, - моя маленькая миссия завершена, а Химере нужно отдохнуть и поспать немного. Они ослаблены сейчас, а мое присутствие может вызывать слишком много вопросов и нервозности. Уж лучше, приду чуть позже, и снова вступим друг с другом в словесную перепалку. Как обычно.
   Но, кто же знал, что лучше бы остался…  потому что, возвратившись, застану совершенно не то, что желал изначально. И застану ли вообще.

+1


Вы здесь » uniROLE » X-Files » Яд в моей крови


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC