о проекте персонажи и фандомы гостевая акции картотека твинков книга жертв банк деятельность форума
tony
связь @Luciuse
основатель и хранитель великого юнипогреба, если ищете хороший виски за недорого и не больно, то вы по адресу.
• hope
связь https://vk.com/id446484929
Пророчица логики и системы, вселяющая в неокрепшие умы здравый смысл под пару бокалов красного сухого.
• renji
связь лс
Электровеник, сияющий шевелюрой в каждой теме быстрее, чем вы успеете подумать о том, чтобы туда написать.
• boromir
связь лс
алкогольный пророк в латных доспехах с широкой душой и тяжелой рукой. время от времени грабит юнипогреб, но это не точно.
• byakuya
связь лс
капитан, нет не очевидность, но назидательный взгляд и тяжелый банкай, потому порядок должен быть в администрации.

автор недели //TAURIEL
Равноценный обмен она понимала иначе чем алхимики, пусть очень схоже. Для нее он звучал иначе — на каждое действие есть свое противодействие. Вот что для нее значил этот обмен. У любого решения есть свои последствия, есть свои слабые и сильные стороны. Выбирая что-то одно, ты теряешь другое, и должен смириться со своим выбором, принять его и идти дальше, помня о нем, но не останавливаясь, приняв его...Читать

эпизод недели //WRONG DESIRES
Кто сказал, что мстительная душа, которая и родилась-то только для того, чтобы сжечь Францию (не получилось, но получится ещё — временных линий слишком много, чтобы отчаиваться), должна обладать терпением святой, с которой её по какому-то недоразумению связывают? Кто сказал, что она обязана проникнуться любовью к тому, благодаря кому она здесь? Когда её воплощали в мирах, Жанна всегда вела себя, как дикая кошка — выпускала когти при попытке к ней прикоснуться, но упрямо следовала...Читать

Cora Hale: Я уже очень давно должна была написать отзыв к проекту, потому что порывы были, но не хватало какого-то пинка. Но думаю, никто из администрации не удивится, потому что к моей тенденции все задерживать, но при этом не быть в должниках все уже достаточно привыкли)) Хотелось бы начать с очень лояльных правил для тех, кто не может играть со скоростью света. Для меня это крайне важно, потому что за работой и прочим реалом я просто не могу физически отписать пост раз в три дня, а то и того короче. С вас потребуют только один игровой пост в месяц и постоянно обновлять всех ваших персонажей, чтобы они были активными профилями. Резонно? Выполнимо? Это позволило мне играть от трех персонажей, так что вполне. Также вас никто никогда не ограничит в ваших желаниях, если вы хотите иметь несколько персонажей хоть с порога. Ваша задача проста — выполнять перечисленные сверху условия. Да, в один момент было введено ограничение для тех, кто не выполняет своих обещаний, но… это ведь логично? Никто не любит, когда тебе пообещали и не сделали. Зачем тогда обещать. Вас обеспечат игрой. Нет своего каста? Не беда, вас утащат в межфандом или альт, а потом обязательно и кастом обзаведетесь. Когда я только пришла, мне приглянулась легкая атмосфера и дружелюбие. Я смогла найти соигроков и вообще людей, которые мне импонируют. И я готова признаться и подчеркнуть, что да — это не все, кто населяет форум. Это естественно. Этот форум обильно населен, как матушка Россия, многонационален и многоконфессионален. Конечно, не может быть так, чтобы все друг другу нравились. Логично? Логично. Но я действительно, очень люблю многих ребят с этой ролевой, они прекрасны. Администрацией лично я удовлетворена полностью. Тут всегда есть какой-нибудь конкурс или марафон, в котором можно принять участие. Они стараются реагировать на все возникающие трудности и проблемы, всегда выслушают ваши претензии и постараются принять решение, честное, и которое устроит всех. Они не всегда могут предугадать реакции некоторых игроков, но надо учесть, что люди не экстрасенсы. Я лично не увидела ни одного правила, существующего или введенного, которое бы были не логичны и не обоснованы, кто-то мог увидеть иначе. Я всегда воспринимала ролевую как дом. А у каждого дома есть хозяева, которые устанавливают свои правила в пределах своей вотчины. Это естественно и понятно. В чужом доме мы всего лишь гости, и как бы гостеприимны не были хозяева, она могут и должны настаивать на том, чтобы в их доме было уютно в их понимании этого слова «уют». А это понятие одинаково не для всех, поэтому, если мне не понравилось у кого-то в гостях, я просто больше не приду в эти гости)) В этих гостях мне захотелось остаться, сюда я привела своих друзей, которых приняли так же тепло, как и меня, никак не разграничивая с другими игроками, что возможно были на форуме дольше. Я встретила в этих гостях людей, которые стали моими друзьями. Что можно еще хотеть от проекта? Думаю, ничего. Так, что как водится на юни — накатим за его здоровье!

Hinamori Momo: Итак, я живу на Юни уже год. Может, больше, может, меньше — не суть. Просто мне хочется в который раз сказать, что этот форум стал для меня домом в первые же дни регистрации, и ничего не изменилось. На Юни действительно хочется заходить, хочется активничать там, вдохновляться играми и соигроками, брать твинков и наслаждаться жизнью. На Юни царит очень дружелюбная и приятная атмосфера, все люди там — добрые, все готовы общаться и играть, все — интересные и хорошие игроки, однако я не могу сказать, что на Юни собралась компания в том смысле, что других в нее не пускают. Согласитесь, бывает такое, когда сбивается основной костяк игроков и в этот коллектив трудно влиться новичку. На Юни этого нет! Вот правда, новенькие игроки легко смогут вписаться в компанию старожилов — вам тут и кофеньяка нальют, и пирожками угостят, и в игру затащат с порога. Отдельно хочу отметить работу администрации, которая действительно заботится об игроках и удобстве их обитания на форуме — я еще ни разу не встречала такой дружный, добрый, теплый и ответственный коллектив АМС, за что им огромная благодарность. За этот год я ни разу не усомнилась в том, что Юнирол — мой любимый форум среди всех остальных. Я рада, что стала частью этого чудесного места и знаю, что меня, как и всех остальных, там любят и ждут. "Дом никогда не бросает тех, кто взял и однажды поверил в Дом".

Ukitake Jushiro: Привет! Пришел я не так уж давно... месяца два назад где-то. Сам забыл, представляете? Заигрался. Да, тут легко заиграться, заобщаться и прочее... утонуть. Когда пришел, в касте было полтора землекопа, и откуда кто взялся только! Это здорово. Спасибо Хинамори-кун, что притащила меня сюда. Пришел любопытства ради, но остался. Сюжет для игры находится сам собой, повод для общения — тоже. Именно здесь я смог воплотить все свои фантазии, которые хотел, но было негде. И это было чудесно! За весь форум отвечать не буду, я окопался в своем касте и межфандомная развлекуха проходит мимо (наверное, зря), но я и так здесь целыми днями — ну интересно же! Вот где азарт подстегивается под самое некуда, а я человек азартный, мне только повод дай. У всех тут простыни отзывов, я так не умею. Да, о простынях. Текстовых (ржет в кулак) Именно здесь я побил свой собственный рекорд и выдал пост на 5000 знаков. И вообще разучился писать посты меньше 3000 знаков, хотя раньше играл малыми формами. Так что стимулирует. К слову, когда соигрок не подстраивается под твои малые формы и пишет простыни, ты начинаешь подстраиваться сам и учишься. Это же здорово, да? Короче, здесь уютно, приятно и можно попробовать выплеснуть игру за пределы привычного мне Блича, и для этого не нужно десять форумов по каждому фандому, все есть здесь. Надо только придумать, что играть. Или просто сказать, что хочешь — и тебе придумают. Еще один момент. Я не электровеник, и мне приходится всем это сообщать или играть с теми, с кем совпадаем по ритму, но здесь я еще не услышал ни одного упрека, что медленно играю. Благо вдохновляет и тут я сам как электровеник... временами, ага. Короче, это удобно и приятно — держать свой темп и знать, что тебе не скажут ничего неприятного, не будут подгонять и нервировать. В общем, ребят, успехов вам, а я пошел посты писать:)

Lara Croft: Я не умею писать большие отзывы и рецензии, каюсь, грешен. Но поделиться своими впечатлениями и эмоциями от этого проекта все же хотелось бы, скорее даже для себя, чем для кого-то. Это замечательный форум. Почему? Потому что он вернул меня обратно к ролевой жизни, куда я уже и не надеялась было вернуться никогда. На самом деле до Юни у меня все было сложно — то ли мне, как плохому танцору, все время казалось что форумы были какие-то не такие, то соигроки оказывались факапщиками, то ли я сам нигде не мог свою задницу пристроить ровно, потому что в ней торчало шило размером со шпиль Эмпайр-Стейт-Билдинг. Но после перерыва почти в год, когда я ограничился лишь написанием анкет и ливанием с форумов, попасть на Юни было просто чудом. Почему? А черт его знает, с первого взгляда все казалось таким же, как на других кроссоверах до этого, коих я сменила… по-моему, все, что есть в рунете. Все дело в людях. Скажу честно — они разные. Но в этом, наверное, и вся прелесть. Мне повезло найти на проекте человека, который стал моим хорошим другом. Даже двух таких людей, одного вообще в моем городе, так что кто знает — может и тот, кто прочитает мой отзыв, сможет потом найти себе доброго товарища на просторах Юни. Что же касается конкретно форума и что может быть интересно тому, что захочет присоединиться к проекту — форум живучий, развивающийся и очень активный. Народ играет и играет много, и не буду лукавить — сама я пишу в двадцать раз больше постов, чем писала до этого на своей ролевой памяти. Администрация честная, доброжелательная и отзывчивая. Флуд веселый и все, в принципе, относятся друг к другу хорошо без каких-либо подковерных войн. P.S. А нет, все-таки умею в простыни..))

Clara Oswald: Дорогие мои юнироловцы! В первую очередь команда АМС. Хочу в этом отзыве выразить свою огромную благодарность вам! Спасибо за то, что терпите меня, мои странные идеи, бесконечные смены ролей, уходы-приходы. Вы просто чудо! Вы самые терпеливые, понимающие и крутые! Я очень рада тому, что куда бы не заносил меня мой идиотизм, я все ровно возвращаюсь на Юни, потому что, видимо это судьба, и этот форум самый лучший. Не перестаю в этом убеждаться! Путь у вас всегда и все будет на высшем уровне!!! Отдельные приветы фандомам Волчонка и Доктора Кто, конечно же. Вы все чумовые ребята! Обожаю вас!!!

uniROLE

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » Станцуем кампанелла?


Станцуем кампанелла?

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sg.uploads.ru/6nvkU.png

Byakuran Gesso & Irie Shoichi

• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •
// Katekyo Hitman Reborn! //

Альтернативное будущее Тропками старой памяти лучше не ходишь, иначе рискуешь нарваться на неожиданные открытия. 
• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •

+1

2

Вернуться в прошлое — возможно или нет? Джессо задумчиво ковыряет ложкой в пластиковой тарелке с прозрачным дном, и размышляет о том, как все могло бы повернуться, не случись в его жизни колец Маре — пока отстранено, даже не всерьез, так, в качестве безумной теории. Он знает много версий, вытекающих из этого варианта, который вселенная услужливо подкидывает в его память. В первом мире, где колец не существует вовсе, жизнь продолжилась, как была. Мирное течение будущего ни на минуту не прерывается амбициозными планами захватить множество миров, Вонгола живёт и здравствует, аркобалено все еще сильнейшие младенцы, а он, Джессо, всего лишь обычный студент, страдающий от собственной невнимательности на лекциях, забывчивый, с упоением играющий в онлайн-игры ночи напролет.
Второй и последующие миры кажутся калькой с первого, с незначительными отличиями во внешности самого Бьякурана и обстоятельств, которые сопровождают его приход к власти. Глава школьного совета, заместитель председателя в клубе гиков, верная и чрезвычайная полезная правая рука для своих друзей, в число которых входит один чрезвычайно застенчивый юноша с рыжими волосами и обезоруживающе-смущенной улыбкой.

Бьякуран очень хочет вспомнить, как же его зовут.

Сегодня в его меню каша с сухофруктами и стакан свежевыжатого апельсинового сока. Это разительно контрастирует с тем, что Бьякуран привык употреблять в пищу, но на то были объективные обстоятельства. Долгое время он сознательно отказывался от еды. Это было как раз в течение месяца после первого пробуждения, когда волны памяти накатывали с диким необузданным напором, с треском ломая все защитные барьеры, которые Джессо возводил, чтобы не сойти с ума от переизбытка информации. Ее было слишком много, мозг не успевал обрабатывать разрозненные картинки, стыковать в единое целое обрывки диалогов, опознавать голоса. Одна мысль о приеме пищи заставляла горечь подкатывать к горлу, не то что доводить дело до конца.

Сегодня все иначе. Сегодня Джессо нужны силы.
Кто ты? Как тебя зовут?

Настроение принимать пищу отсутствует, как таковое, и в подкорке зудит, конечно, мысль о том, что временами неплохо бы что-то в себя закинуть, чтобы не упасть в голодный обморок. Бьякуран помнит, что из больничного меню вызывало наименьшее отвращение, и готовит себе сам. Не потому что не доверяет поварам в ресторанах или службах доставки, просто зная свои индивидуальные особенности, самому готовить проще.
Кикьё не обрадуется, узнав об очередной проблеме, которую реабилитация так и не смогла решить - или пока не решила, и это тревожной птицей бьется о клетку из ребер, но у него своих забот хватает. Пусть подумает о Бьякуране, но чуть позже. Им столько предстоит вместе сделать, и на первый взгляд список дел огромный, но на деле он просто гигантский. Бьякурану предстоит своя работа – поначалу муторная, долгая, зато в конце его ждет заслуженная награда. Очередное достижение. Создать империю с нуля может почти каждый начинающий диктатор, думает Бьякуран, вставая из-за стола и одеваясь в теплое пальто и шарф, это не так уж сложно, если под рукой есть верные люди и ресурсы. Воссоздать империю из руин, когда шакалы уже поделили все, что ты с таким трудом старательно создавал - вот искусство. 

Больничная жизнь наложила свой отпечаток буквально на все, с чем соприкасался вчерашний пациент, плененный четырьмя одинаково серыми стенами, в том числе отразилась на выборе одежды. Белый цвет, еще вчера казавшийся привычным и единственно приемлемым, теперь вызывает ассоциации исключительно с периодом беспомощности, когда сил едва хватало на то, чтобы донести ложку до рта, а из развлечений было доступно только любование закатом на крыше больницы, сидя в инвалидном кресле. Бьякуран легко переносит собственное к такому состоянию отношение, но вместе с тем понимает, насколько жалким выглядит вчерашний хозяин мира, и невольно морщится. И решает быть осторожнее.
Джессо плотнее кутается в пальто шоколадного цвета, поправляет на шее сиреневый шарф, проводит широким мазком по скуле, проверяя надежность маскировки,  и выходит за дверь. Татуировка надежно скрыта. Бьякуран делает глубокий вдох и удовлетворенно кивает: морозный воздух идет на пользу легким. Аппарату искусственного дыхания, к которому его подключили на добрых полгода, такой эффект и не снился.

Бьякуран, не долго думая, решает пойти по нити, ведущей в прошлое. К тому пареньку, чей образ виделся смутно – черт не разобрать, все как в дымке, особенно имя. К тому месту, где он теоретически может находиться. Извилистая, как тропа в непроходимых джунглях, и тернистая, дорога в прошлое начинается от дома, где квартирует Бьякуран – окраина Намимори, он тут на день или два, не больше – и заканчивается неприметной на первый взгляд металлической дверью одного из домов, построенных на месте бывших торговых кварталов.
Рука в серой перчатке стучит трижды. Другая рука в кармане сжимает смятый листок из тетрадки в линеечку. Надежда борется со страхом: вдруг его не окажется здесь? Вдруг Бьякуран взял ложный след? Если бы он только помнил имя!
- Добрый день! - Здоровается Бьякуран с человеком, открывшим дверь. Машет рукой в приветственном жесте. - Я могу найти здесь механика, чье имя начинается на И? Он, кажется, японец. И он мне очень нужен.

+1

3

Это все было так буднично, будто каждый день к тебе на порог заявляются призраки прошлого, или будто ты каждый день их ждешь. И настолько нереально, что даже удивиться толком не получалось. Даже ощущение тревоги, когда сердце бьется так быстро и мешает дышать, оно тоже было ― знакомым, привычным, правильным.

Это всего лишь физиология. Вдох-выдох, сейчас пройдет.

На фоне снега Бьякуран был таков, как если бы кто-то взял и выкрутил в нем контрастность, оставив один серый. Узнанный, но неузнаваемый.
Такой… до ужаса привычный и совсем даже не вызывающий страха в своей человечьей обыденности.

Лучше всего было бы, конечно, сразу же захлопнуть дверь перед его носом...

Шоичи глубоко вздохнул, до побелевших костяшек сжимая дверную ручку, пытаясь успокоиться, или пытаясь ― принять все как есть, как должное.

…и тут же поднять тревогу, оповестив Десятого и всех его хранителей.

Проходите, ― он посторонился, пропуская человека, которому вообще не следовало бы быть живым. В этой реальности так точно. 

Что, интересно, за игру он ведет?
Любопытство ― это та черта, которую сам Шоичи считал в себе самой лучшей и самой разрушительной.

Жизнь ведь только начала налаживаться, верно? Наконец-то можно было быть просто собой, не оглядываясь на каждый шорох за спиной? Не выбирать слов?.. Шоичи все равно оглядывался, и все равно выбирал, и все равно так и не понял, кто он такой и где теперь его место.

В новой семье он не был особенно чужим, но и совсем своим не стал бы никогда, хотя ему и доверили целую лабораторию и двух почти даже не бестолковых ассистентов. Хотя скрытная Суанко-сан и язвила так, что Шоичи понимал это только спустя пару часов, а взбалмошный Тенхо-кун имел привычку сначала делать и только потом думать, все же они ― живые люди, настоящие, не такие, как Червелло. И Десятый Вонгола, к счастью, не имел дурной привычки присылать цветов, и интересовался деятельностью их лаборатории по остаточному принципу ― если не было никаких других проблем.

По пятницам Шоичи обедал с сестрой, с которой до того лет пять не разговаривал вовсе. Это было логично, он не хотел, чтобы кто-то из родственников пострадал из-за него же ― но им это казалось скорее затянувшимся подростковым бунтом, а затем ― трогательным воссоединением семьи и возвращением блудного сына. У сестры подрастала двухлетняя дочь, у него продвигалась его работа, и говорить им было решительно не о чем, но оба очень старались наладить хоть что-то, напоминающее семейную теплоту.

Спаннер все еще оставался его другом ― и это была та самая лучшая дружба, которую только могут выстроить два человека, заинтересованные больше в науке, чем в людях. Шоичи немного завидовал его способности в любом месте, в любых обстоятельствах оставаться самим собой в гармонии с собой же. То, что сам Шоичи так тщательно и трепетно отстраивал заново, у того получалось само по себе. Вот Спаннер, вот его роботы и леденцы, и вся его самоидентификация ― незыблемая точка отсчета для любой реальности. И это было достойно восхищения ― хотя в глобальных вопросах они по-прежнему не сходились.

Мир вокруг, словом, был постоянным, удобным и даже привычным ― если бы ему удалось привыкнуть. Сам же Шоичи всегда оставался где-то между собой и миром, не находя успокоения ни внутри, ни вовне ― единственная константа его предыдущей жизни сгорела в пламени Х-Баннера, а новых смыслов как-то до сих пор не находилось.

И, наверное, это состояние даже можно было назвать чем-то вроде счастья ― к тому же проект, над которым он работал, забирал столько времени и сил, что на сожаления о прошлом и не случившемся не оставалось.
На самом деле Шоичи почти даже не сожалел, потому что сделанное было правильным. Даже если бы ему предложили все переиграть ― он бы поступил так же. И если что так, что так невозможно себя простить ― то разница только в целостности реальности и счастье остальных.

«Но помнишь? ― Стараюсь забыть».

И вот теперь прошлое ― как бы ни хотелось запихнуть его подальше, как ящик сломанного оборудования на дальнюю полку, в пыль и темноту глухого сожаления ― падало этим же ящиком сверху на голову.

Совсем недавно у него начала налаживаться жизнь ― почему бы не послать все к чертям?..

И чего же вы хотите, Бьякуран-сан? ― он обвел рукой пространство, присаживайтесь, мол, сейчас сообразим чай.

Это было почти даже безопасно ― первый наземный этаж их лаборатории ничем не отличался от типового небольшого дома ― маленькая кухонька, гостиная, в меру уютная и обжитая и спальня, где Шоичи, Суанко или Тенхо могли переночевать, если засиделись над экспериментами допоздна. Почти домашняя атмосфера ― у Десятого Вонголы, помимо прочих, была способность обращать все принадлежащее ему окружающее в уютное, домашнее и привычное.

Хорошо, что он остался, а Бьякуран ― нет. Хорошо же?

Ведь ничего страшного не может случиться, верно? Он всегда успеет поднять тревогу, а для того, чтобы получить доступ к их исследованиям нужно знать пароль, иметь подходящие биометрические данные и подходящее Пламя. Он сам разрабатывал системы безопасности ― не то, чтобы именно на этот случай. На любой другой. Похожий.

Почему же так трудно дышать?
Все будет хорошо. Все под контролем. Ничего не случится.

Ничего не случится?

+1

4

Человек, открывший ему дверь, был приятной наружности. Бьякуран даже на секунду забывает, зачем пришел, невольно залюбовавшись четкой линией скул, кучерявой головой и по-детски широко распахнутыми глазами. Нет, ну до чего же красиво! Очки в толстой оправе кажутся подозрительно знакомыми, но попытка вспомнить, где Джессо мог видеть их раньше, проваливается с оглушительным треском: детали ускользают, как вода сквозь пальцы, а четкие образы растворяются, стоит прикоснуться к ним памятью.

— Вы удивительно добрый юноша. Вашей девушке очень повезло с таким парнем.

Что-то в этом молодом человеке подкупает, думает Джессо, кивая и быстро проходя внутрь, в помещение, которое с виду напоминает нечто среднее между лабораторией ученого из фантастического романа о будущем и студенческим общежитием. Что-то в его облике не даёт Бьякурану покоя. Он тешит себя ложной надеждой, что найдет здесь ответы на свои вопросы, и страстно желает выяснить, прав ли или же ошибается – только так можно двигаться дальше. Нужно успокоиться, говорит себе Джессо, успокоиться и взять себя в руки, задать пару вопросов и в зависимости от обстоятельств и ответов решить, как быть дальше.
Джессо мнется на пороге добрую минуту, прежде чем решается пройти глубже в помещение. Жадный взгляд поглощает все, до чего дотрагивается, а любопытство распаляется все сильнее, заставляя Бьякурана смелеть на глазах. Каждая деталь на столах – инструменты, мелочевка, обертки и ручки, возбуждает его любопытство. Губительное – для себя и окружающих.

Человек, впустивший Джессо в свою обитель, почти дом, если он правильно оценил обстановку и сделал нужные выводы, кто он такой? Он совсем не боится. Смотрит без страха. С опасением, да, но его можно понять: не каждый день к тебе домой заявляются незнакомцы и задают вопросы о людях, которых ты можешь и не знать вовсе.
Другие на его месте, даже не зная, кто перед ними находится, по-разному реагировали, но неизменно робели. Бьякуран всем улыбается одинаково ласково и добродушно, но только у тех, чей инстинкт самосохранения надежен как швейцарские часы, хватает ума держаться от него как можно дальше. На расстоянии вытянутой руки с Джессо общается только Кикье – его доверенное лицо, его небо и звезды, по сути, весь смысл новой жизни, а еще одна из причин жить здесь и сейчас.

Именно о нем думает Бьякуран, в последний момент активируя телепортационную систему, надеясь на нее и страшно боясь провала. Он оставляет Кикье на съедение волкам и шакалам вынужденно. Чувство вины в тот момент еще не точит его душу – новой эмоции попросту нечем питаться и неоткуда взять ресурсы, слишком непробиваемой оказывается броня. Потом, в больнице, Бьякуран испытывает нечто похожее на стыд. Боится, в чем откровенно признается Кикье, и этим несказанно пугает и удивляет его. Это что-то новое, такого раньше не было, и кто знает, какие изменения в Джессо произойдут в будущем.

А теперь перед ним предстает еще один человек без страха и упрека. Нет, правда, кто он? Кажется немного нервным, но причина может быть и не в визите Бьякурана. За то время, что он провел в их временной базе, приходя в себя после реабилитации в больнице, его голову посещает множество самых разных мыслей. Одни пугают, другие заставляют взглянуть на вещи с новой стороны. И одну Бьякуран гоняет в голове всю дорогу сюда.

Что если И… что если человек, которого ищет Джессо, погиб в результате его неразумных действий? Или того хуже – никогда не существовал? Страшно спрашивать, но еще больше его пугает неизвестность. Человек, чье имя начинается на И, был очень важен для Бьякурана, иначе тот и вовсе бы о нем забыл. Из всех возможных ориентиров у Бьякурана на руках лишь записка с адресом, который раздобыл для него верный семье информатор, да надежда, тлеющая в груди неугасимым пламенем. Если Пламя предсмертной воли питается решимостью, то его собственное – отчаянной надеждой.

Пожалуйста, найдись, просит Джессо у вселенной, я ведь прошу не так много. Да, я виноват перед тобой в том, что пытался подчинить тебя, не спрашивая разрешения, теперь все иначе – все вокруг изменилось. Мир стал другим, люди вокруг меня. Я изменился.

Гостеприимный юноша приглашает сесть и у Бьякуана нет причин отказывать ему в ответной любезности. Обычно Джессо пренебрегает правилами и занимает то место, которое выбрал сам, игнорируя проявления недовольства, а сейчас покорно садится на одиноко стоящий стул у стены, смыкает колени, кладет на них открытые ладони и с живым интересом продолжает разглядывать комнату. Точно лаборатория. Или все-таки студенческое общежитие?

— Я уже говорил… - Точка на потолке кажется большим жуком. Или это просто пятно? Джессо обрывает себя на полуслове, судорожно хватает ртом воздух, сжимая пальцы до белеющих костяшек. Старается не дрожать, но получается с трудом.

«Бьякуран-сан». Вот оно. Вот! Его точка отсчета в этой временной параллели, константа в системе переменных жизни, которая казалась нелепым набором случайностей.

Где я уже это слышал? Эти интонации, голос… так похоже!

С трудом взяв себя в руки – ему нужна, нужна еще реабилитация – Джессо вновь непринужденно улыбается, щурит глаза и заканчивает мысль.

— … мне нужен механик. Инженер, если точнее. Мне подсказали, что раньше он работал в Мельфиоре – вы знаете, кто это такие? Потом перешел в Вонголу.

«Скучаешь без меня, Шо-чан? — Что вы, Бьякуран-сан. С вами не соскучишься»

Вот он! Этот голос, что звал его Бьякураном!

— Шо-чан! – Восклицает Джессо, подскочив на стуле и вперившись жадным взглядом в рыжую макушку. – Тебя ведь Шо-чаном зовут?

+1

5

Бьякуран, ну прямо сама любезность и смирение, послушно прошел, по ходу отвешивая дежурный комплимент, так и сочащийся казенщиной. Шоичи в ответ только буркнул что-то невразумительное. Таким тоном он сам писал отчеты о проделанной работе и письма тем коллегам, которых век бы не видел ― возможно, подцепил манеру от Бьякурана же.
Ведь в самой способности угадывать, чего хотят люди вокруг и давать им это, в сущности, не было ничего плохого. Любое человеческое общение состоит из череды манипуляций и взаимных уступок. Ты мне, я тебе. С опытом отмерять эти две величины становится довольно просто. Ну, во всяком случае, не сложнее задач по сопромату.
Бьякуран же всегда безошибочно угадывал, как нравиться людям, но не то, чтобы слишком ― на той дистанции, когда приятно делать друг другу услуги, и грех было не подцепить эту манеру ― или хотя бы пару самых простых приемов, на которые у самого Шоичи хватило душевного таланта.

И еще Бьякуран всегда знал, кого можно безболезненно подпустить ближе. То есть этим, допущенным, когда взять с них больше было нечего ― становилось мучительно больно, но он на отработанный материал обращал внимание только для того, чтобы под настроение добить, как это было с Генкиши.

И могло бы быть с самим Шоичи?

Он не знал, куда деть глаза и руки ― засуетился с чайником и искоса бросал короткие осторожные взгляды, надеясь, что их не заметят. Подцепил лист с расчетами, забытый прямо на столе и щедро залитый водой, отчего формулы, выведенные жирной шариковой ручкой, расплылись красивыми разводами, а сам лист стать хрустким и ломким. Шоичи убрал его подальше, к пачкам печенья, с неделю назад купленным Суанко-сан и до сих пор не подъеденным.

Да-да, ты уже говорил про механика. Хватит. Что тебе от меня нужно?

Бьякуран казался совершенно чужим, и от того еще более знакомым. Возможно ― а скорее всего это была просто отчаянная надежда ― он немного напоминал того Бьякурана, которого Шоичи знал до того, как стертая память к нему вернулась. Жадно-любопытного под оболочкой из доброжелательной безупречной отстраненности. Это потом уже опасная тварь выползла наружу, все такая же… безукоризненная. Все дело в восприятии? Если бы Шоичи не вспомнил ― то так и не заметил бы?..

Он бросил в чашки по пакетику, отключил чайник, уже вскипевший. «Полная лаборатория техников, а чайник починить некому» ― уже стало дежурной шуткой.

Шо-чан?..

Шоичи зашипел и встряхнул рукой ― резкий звук чиркнувших по полу ножек стула ― эти до боли знакомые интонации? ― заставил вздрогнуть, и кипяток попал на пальцы. Немного, не до ожога, но как же все-таки до обидного вовремя. Внутри поднималась привычная усталая ненависть, порождение скорее иррациональной обиды, чем чего бы то ни было еще.

«Говори быстрее, чего ты хочешь и проваливай».

Он медленно выдохнул, облизнул костяшки пальцев, чтобы унять боль и только потом обернулся, смотря на Бьякурана почти прямо.

Только вы меня так называли, ― не то, чтобы он когда-то протестовал. Да если бы и протестовал ― смысла не было бы. ― А теперь может быть наконец расскажете, зачем все это?

«Я хотел быть твоим другом», ― мысль оказалась слишком унылой и горькой, чтобы тратить время на ее осознание. ― «Я был твоим другом, как умел».

+1

6

Бьякуран не верит своим глазам. Взгляд, всегда обращенный в будущее, сейчас замечает, наконец, знакомые черты, опознает речь и наполняет теплом то, что древние философы называли душой. Шо-чан, нет, Ирие Шоичи, оказывается, ближе, чем казалось. Еще вчера Бьякуран настойчиво бился головой о стены темницы собственной памяти, отчаянно пытаясь соединить воедино разрозненные картинки из прошлого - того времени, где он был всемогущ и отлично себя чувствовал, а уже сегодня находит потерянное сокровище, можно сказать, ткнув пальцем в небо. Даже в лотерею не так крупно везет, как ему сейчас. Губы растягиваются в улыбке, Бьякуран почти готов вскочить со стула, чтобы заключить старого друга в крепкие объятия, но его останавливает недовольный тон и хмурый взгляд.
Впрочем, ненадолго.

— Шо-чан! Шо-чан, это ты! - Радостно восклицает Джессо, подпрыгнув на месте и улыбаясь, как дурак, от уха до уха. Изнутри его переполняет невесть откуда взявшаяся энергия, Бьякуран чувствует, что готов километров десять пробежать без остановки. Вспомнил, вспомнил. Получилось! Он уже и забыл, каково это - обращаться к собственной памяти, не используя подсказки двойников из других миров. - Я так рад, что наконец нашёл тебя!

Когда первый восторг проходит, Бьякуран вспоминает кое-что еще. Его Шо-чан был другим, не таким резким и уставшим, как тот, что стоит перед ним. Бьякуран помнит растерянный взгляд, вечно взъерошенные рыжие волосы, так редко встречающиеся у японцев, и не желавшие укладываться в нормальную прическу, сколько их не причесывай, а еще помнит голос — тогда, в бытность союзниками, он дрожал, запинался, соскакивал то и дело на ноту повыше, чем считается приличным.
"Тот" Шо-чан был готов выполнить любой его приказ, выслушать любую, даже самую безумную идею, и покорно воплотить ее в жизнь, временами бывал резок, и в такие моменты в его голосе слышался металл, способный разрезать даже камень, отчего Бьякуран приходил в бешеный восторг. Воспоминания с тихим треском электрических разрядов мало-помалу объединялись, образуя единую картинку, крепли причинно-следственные связи между прошлым и настоящим.
Серьезный тон Шо-чана косит на корню только-только зарождающуюся было надежду на мирные переговоры.
"Этот" Шо-чан служит Вонголе.
Черт возьми, это больно. Даже просто думать об этом, как о свершившемся факте, невыносимо тяжело.

— Шо-чан, я пришел, чтобы... - начинает Бьякуран и тут же замолкает, не доведя начатое до конца, впервые за долгое время теряется и не находит слов. Чего он хочет? Хороший вопрос. Может быть, ищет прощения и отпущения старых грехов? Так геноцид не прощают. Раны еще слишком свежи в памяти выживших. Он отправил в ад чертову прорву людей, когда был в силе, его раскаяние сейчас ровным счетом ничего не изменит для семей тех, кто потерял на этой войне родных и близких, друзей и любимых. Может, просто хочет вернуть все как было раньше, до Мельфиоре? Университет и улыбки сокурсников, скучные пары и игру в Выбор в обеденный перерыв. Да, наверное, это и есть тот ответ, что ближе всего к правде.
"Этот" Шо-чан служит Вонголе. Верой и правдой. Таковы его идеалы.
Не может все закончиться на такой неловкой ноте. Бьякуран, черт его возьми, слишком упорен, слишком уперт и слишком многого хочет от жизни, чтобы сдаться сейчас. Он не спасует перед первым же серьезным препятствием только потому, что Шо-чан слишком резко ведет себя с ним.

— Я пришел предложить тебе дружбу, - он выдает это на одном дыхании, вложив в короткое предложение всю искренность и экспрессию, на которые способен. И тут же без паузы продолжает. - Хочу снова играть с тобой в Выбор, смеяться и смотреть глупые фильмы, спорить до хрипоты об идеалах. Теперь, когда я нашел тебя, я не могу отступить.

Бьякуран занимает выжидательную позицию и улыбается - спокойно, расслабленно. Отказ его не пугает. Если Шо-чан скажет "нет", Бьякуран просто уйдёт, не сказав на прощание ни слова. Исчезнет из его жизни раз и навсегда, чтобы начать ее где-нибудь еще. Кикье поймёт преступную слабость к старому другу, поймет, простит и поддержит, и не будет так мучительно больно, как если бы этой попытки не было.

Я не отказываюсь от своих слов. Этот мир все еще мне противен. Я ненавижу его. Но, может быть, начав жизнь заново, я смогу это изменить?

"Этот" Шо-чан служит Вонголе. Но, может быть, не все еще потеряно?

Отредактировано Byakuran Gesso (2018-10-13 19:03:40)

+1


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » Станцуем кампанелла?