о проекте послание гостю персонажи и фандомы гостевая акции картотека твинков книга жертв банк деятельность форума
tony
связь @Luciuse
основатель и хранитель великого юнипогреба, если ищете хороший виски за недорого и не больно, то вы по адресу.
• hope
связь https://vk.com/id446484929
Пророчица логики и системы, вселяющая в неокрепшие умы здравый смысл под пару бокалов красного сухого.
• renji
связь лс
Электровеник, сияющий шевелюрой в каждой теме быстрее, чем вы успеете подумать о том, чтобы туда написать.
• boromir
связь лс
алкогольный пророк в латных доспехах с широкой душой и тяжелой рукой. время от времени грабит юнипогреб, но это не точно.
• byakuya
связь лс
капитан, нет не очевидность, но назидательный взгляд и тяжелый банкай, потому порядок должен быть в администрации.

автор недели ISENGRIM FAOILTIARNA

Это было, пожалуй, жестоко. Йорвет ни разу не заикнулся на эту тему, но видно было по тому, как он ходил за бригадой хвостиком, как робко жался к вожаку, как ловил каждое слово, как грозно касался рукояти кинжала на поясе — мечтает, чтобы дядя Исенгрим заметил и сказал в один прекрасный момент: «знаешь, что, Йорвет, ты уже взрослый и сильный, пошли-ка с нами, такие парни мне нужны!». Исенгрим такого, конечно, не говорил — ну куда, пацану двенадцать, ну четырнадцать уже, вчерашний ребенок!.. Читать

REHABILITATION

Отдавая агенту письма, он знал, что их, возможно, прочтут. Но в этих посланиях не было ничего важного, кроме разве что обычных человеческих чувств. Как можно использовать чувства уже мертвого человека? Сожаления о том, что так и не отправился в космический дрейф с Андроникосом. Гордость работой, проделанной Талосом. Пожелание найти равновесие в душе для Ашары. Благодарность Навье за что, что она всегда оставалась для него добрым другом... Читать

Cora Hale: Я уже очень давно должна была написать отзыв к проекту, потому что порывы были, но не хватало какого-то пинка. Но думаю, никто из администрации не удивится, потому что к моей тенденции все задерживать, но при этом не быть в должниках все уже достаточно привыкли)) Хотелось бы начать с очень лояльных правил для тех, кто не может играть со скоростью света. Для меня это крайне важно, потому что за работой и прочим реалом я просто не могу физически отписать пост раз в три дня, а то и того короче. С вас потребуют только один игровой пост в месяц и постоянно обновлять всех ваших персонажей, чтобы они были активными профилями. Резонно? Выполнимо? Это позволило мне играть от трех персонажей, так что вполне. Также вас никто никогда не ограничит в ваших желаниях, если вы хотите иметь несколько персонажей хоть с порога. Ваша задача проста – выполнять перечисленные сверху условия. Да, в один момент было введено ограничение для тех, кто не выполняет своих обещаний, но… это ведь логично? Никто не любит, когда тебе пообещали и не сделали. Зачем тогда обещать. Вас обеспечат игрой. Нет своего каста? Не беда, вас утащат в межфандом или альт, а потом обязательно и кастом обзаведетесь. Когда я только пришла, мне приглянулась легкая атмосфера и дружелюбие. Я смогла найти соигроков и вообще людей, которые мне импонируют. И я готова признаться и подчеркнуть, что да – это не все, кто населяет форум. Это естественно. Этот форум обильно населен, как матушка Россия, многонационален и многоконфессионален. Конечно, не может быть так, чтобы все друг другу нравились. Логично? Логично. Но я действительно, очень люблю многих ребят с этой ролевой, они прекрасны. Администрацией лично я удовлетворена полностью. Тут всегда есть какой-нибудь конкурс или марафон, в котором можно принять участие. Они стараются реагировать на все возникающие трудности и проблемы, всегда выслушают ваши претензии и постараются принять решение, честное, и которое устроит всех. Они не всегда могут предугадать реакции некоторых игроков, но надо учесть, что люди не экстрасенсы. Я лично не увидела ни одного правила, существующего или введенного, которое бы были не логичны и не обоснованы, кто-то мог увидеть иначе. Я всегда воспринимала ролевую как дом. А у каждого дома есть хозяева, которые устанавливают свои правила в пределах своей вотчины. Это естественно и понятно. В чужом доме мы всего лишь гости, и как бы гостеприимны не были хозяева, она могут и должны настаивать на том, чтобы в их доме было уютно в их понимании этого слова «уют». А это понятие одинаково не для всех, поэтому, если мне не понравилось у кого-то в гостях, я просто больше не приду в эти гости)) В этих гостях мне захотелось остаться, сюда я привела своих друзей, которых приняли так же тепло, как и меня, никак не разграничивая с другими игроками, что возможно были на форуме дольше. Я встретила в этих гостях людей, которые стали моими друзьями. Что можно еще хотеть от проекта? Думаю, ничего. Так, что как водится на юни – накатим за его здоровье!

Hinamori Momo: Итак, я живу на Юни уже год. Может, больше, может, меньше - не суть. Просто мне хочется в который раз сказать, что этот форум стал для меня домом в первые же дни регистрации, и ничего не изменилось. На Юни действительно хочется заходить, хочется активничать там, вдохновляться играми и соигроками, брать твинков и наслаждаться жизнью. На Юни царит очень дружелюбная и приятная атмосфера, все люди там - добрые, все готовы общаться и играть, все - интересные и хорошие игроки, однако я не могу сказать, что на Юни собралась компания в том смысле, что других в нее не пускают. Согласитесь, бывает такое, когда сбивается основной костяк игроков и в этот коллектив трудно влиться новичку. На Юни этого нет! Вот правда, новенькие игроки легко смогут вписаться в компанию старожилов - вам тут и кофеньяка нальют, и пирожками угостят, и в игру затащат с порога. Отдельно хочу отметить работу администрации, которая действительно заботится об игроках и удобстве их обитания на форуме - я еще ни разу не встречала такой дружный, добрый, теплый и ответственный коллектив АМС, за что им огромная благодарность. За этот год я ни разу не усомнилась в том, что Юнирол - мой любимый форум среди всех остальных. Я рада, что стала частью этого чудесного места и знаю, что меня, как и всех остальных, там любят и ждут. "Дом никогда не бросает тех, кто взял и однажды поверил в Дом".

Ukitake Jushiro: Привет! Пришел я не так уж давно... месяца два назад где-то. Сам забыл, представляете? Заигрался. Да, тут легко заиграться, заобщаться и прочее... утонуть. Когда пришел, в касте было полтора землекопа, и откуда кто взялся только! Это здорово. Спасибо Хинамори-кун, что притащила меня сюда. Пришел любопытства ради, но остался. Сюжет для игры находится сам собой, повод для общения - тоже. Именно здесь я смог воплотить все свои фантазии, которые хотел, но было негде. И это было чудесно! За весь форум отвечать не буду, я окопался в своем касте и межфандомная развлекуха проходит мимо (наверное, зря), но я и так здесь целыми днями - ну интересно же! Вот где азарт подстегивается под самое некуда, а я человек азартный, мне только повод дай. У всех тут простыни отзывов, я так не умею. Да, о простынях. Текстовых (ржет в кулак) Именно здесь я побил свой собственный рекорд и выдал пост на 5000 знаков. И вообще разучился писать посты меньше 3000 знаков, хотя раньше играл малыми формами. Так что стимулирует. К слову, когда соигрок не подстраивается под твои малые формы и пишет простыни, ты начинаешь подстраиваться сам и учишься. Это же здорово, да? Короче, здесь уютно, приятно и можно попробовать выплеснуть игру за пределы привычного мне Блича, и для этого не нужно десять форумов по каждому фандому, все есть здесь. Надо только придумать, что играть. Или просто сказать, что хочешь - и тебе придумают. Еще один момент. Я не электровеник, и мне приходится всем это сообщать или играть с теми, с кем совпадаем по ритму, но здесь я еще не услышал ни одного упрека, что медленно играю. Благо вдохновляет и тут я сам как электровеник... временами, ага. Короче, это удобно и приятно - держать свой темп и знать, что тебе не скажут ничего неприятного, не будут подгонять и нервировать. В общем, ребят, успехов вам, а я пошел посты писать:)

Lara Croft: Я не умею писать большие отзывы и рецензии, каюсь, грешен. Но поделиться своими впечатлениями и эмоциями от этого проекта все же хотелось бы, скорее даже для себя, чем для кого-то. Это замечательный форум. Почему? Потому что он вернул меня обратно к ролевой жизни, куда я уже и не надеялась было вернуться никогда. На самом деле до Юни у меня все было сложно – то ли мне, как плохому танцору, все время казалось что форумы были какие-то не такие, то соигроки оказывались факапщиками, то ли я сам нигде не мог свою задницу пристроить ровно, потому что в ней торчало шило размером со шпиль Эмпайр-Стейт-Билдинг. Но после перерыва почти в год, когда я ограничился лишь написанием анкет и ливанием с форумов, попасть на Юни было просто чудом. Почему? А черт его знает, с первого взгляда все казалось таким же, как на других кроссоверах до этого, коих я сменила… по-моему, все, что есть в рунете. Все дело в людях. Скажу честно – они разные. Но в этом, наверное, и вся прелесть. Мне повезло найти на проекте человека, который стал моим хорошим другом. Даже двух таких людей, одного вообще в моем городе, так что кто знает – может и тот, кто прочитает мой отзыв, сможет потом найти себе доброго товарища на просторах Юни. Что же касается конкретно форума и что может быть интересно тому, что захочет присоединиться к проекту – форум живучий, развивающийся и очень активный. Народ играет и играет много, и не буду лукавить – сама я пишу в двадцать раз больше постов, чем писала до этого на своей ролевой памяти. Администрация честная, доброжелательная и отзывчивая. Флуд веселый и все, в принципе, относятся друг к другу хорошо без каких-либо подковерных войн. P.S. А нет, все-таки умею в простыни..))

Clara Oswald: Дорогие мои юнироловцы! В первую очередь команда АМС. Хочу в этом отзыве выразить свою огромную благодарность вам! Спасибо за то, что терпите меня, мои странные идеи, бесконечные смены ролей, уходы-приходы. Вы просто чудо! Вы самые терпеливые, понимающие и крутые! Я очень рада тому, что куда бы не заносил меня мой идиотизм, я все ровно возвращаюсь на Юни, потому что, видимо это судьба, и этот форум самый лучший. Не перестаю в этом убеждаться! Путь у вас всегда и все будет на высшем уровне!!! Отдельные приветы фандомам Волчонка и Доктора Кто, конечно же. Вы все чумовые ребята! Обожаю вас!!!

uniROLE

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » When your heart is broken a thousand times


When your heart is broken a thousand times

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://s019.radikal.ru/i620/1712/7f/e5ca5e7d97c2.jpg
Uchiha Madara & Uchiha Sakura & Uchiha Sarada

Говорят, что любовь — это риск, ведь ничего может и не получиться. Но мы снова и снова идем на этот риск, ставя на кон не лишь бы что, а свое сердце, в надежде, что на этот раз все получится. (с)
Восемь лет минуло, как Четвертая Мировая Война Шиноби была окончена победой Альянса.
Этот мир ни капли не изменился, и это узрит тот, чьи глаза никогда не должны были больше открыться.
Зато изменился он сам.

+2

2

Ты - гораздо большее, нежели просто воспоминание.
В очередной раз открывшиеся глаза в очередной раз уперлись взглядом в крышку гроба. Это похоже на злую иронию - только уже совсем не смешно и не раздражает. Восемь лет назад он смирился со окончательной смертью и ушел на тот свет как друг Хаширамы Сенджу - но душу последнего так и не сумел встретить. До сих пор. Возможно, когда - нибудь... у мертвецов в распоряжении вечность. Но не у него.
Учиха Мадара опять жив.
Грудь мерно вздымается, редкими глотками черпая воздух, ладонь в черной перчатке стискивает судорожно ткань одежды - сердце болит, пропуская удары, хочется вдохнуть в полную силу, но не получается. Мужчина не сразу вспоминает, кто он такой, лишь, выбравшись из - под земли, видит свое собственное имя на надгробии, что украшает его... могилу. Осознание выходит горьким на вкус, очень горьким: он опять жив. В его планы это больше не входило. Он думает ни о чем; мысли тяжело ерошатся в голове, налетая друг на друга, понять в этом хаосе ничего невозможно. Сколько времени минуло? Почему он не упокоился? Что изменилось? Какие события произошли?
Может, просто стоит лечь обратно. Неожиданно, гроб показался таким уютным. Ведь у него нет причин оживать. Он сделал все, что мог. Он сделал то, что не должен был. Ошибки, что не исправить никогда, ошибки, что он не знал, как исправить. Ошибки, что просто были. Что стали частью... истории мира шиноби, того самого, который не отпускал Учиху Мадару больше века. И все еще не отпускает.
Солнце, яркое, теплое, слепит и согревает, с непривычки кажется, что вовсе испепелит. Зрение и без того норовит потерять фокус и погрузить все вокруг для него в темноту. Легендарный шиноби почти позволяет себе отключиться, он даже не пошевелился, когда слух потревожил резкий, звонкий голос ребенка - то нагрянули на безмятежно тихое кладбище посетители. Мать и дочь.
- Мама, мама, мама, а тебе обязательно уходить сегодня?
- Конечно, дорогая, я же говорила тебе. У мамы важная миссия.
-.. но папа однажды ушел на большую миссию. На войну, я теперь понимаю. И теперь он лежит здесь.
- Дорогая... все изменилось...
- Нет, ничего не изменилось, ничего! Просто не уходи! Я не хочу потерять и тебя!..
Они спорили, уговаривали друг друга, успокаивались, начинали вновь - Мадара их уже не слышал. В мозгу эхом разносилось "ничего не изменилось, ничего не изменилось, ничего не...", больно ударялось о стенки черепа, еще немного - и они лопнут.
~
Проклятый Хаширама!
Он с трудом поднялся с колен, пытаясь унять дрожь в теле. Небо потемнело, ночь сменила день - так долго он сидел не меняя позы, недвижимый, конечности затекли, хотя дышать стало легче. Хаширама убил меня ради того, что не изменилось более чем за сотню лет. Я выжил ради того, чтобы это увидеть. Действительно ли это так? Возможно ли вкусить больше отчаяния, нежели я уже вкусил?
Движимый желанием узнать лишь ответы на эти вопросы, Мадара неспешно направился к Конохагакуре, своему некогда любимому детищу. Детищу, что никогда не любило одного из своих отцов, в конце - концов, добившись крушения всех его надежд. Но сейчас это было неважно. Совершенно неважно. Когда чертов упрямый мир не меняется, какое имеет значение время и прошлое?!
Постовые любезно подсказали, глядя в Шаринган, где находится дом последнего из Учиха, рассказали, что его нет в деревне и что он обзавелся семьей. И кто нынешний Хокаге.
Кажется, он долго смеялся от души с привычным горьким привкусом отчаяния. Круговорот Сенджу - Узумаки - разница меж ними невелика - в Конохе. Мало ему было Хаширамы в роли правителя деревни.
Выбор был очевиден. Само собой, Резиденция - не лучший объект для визитов сейчас.
~
В дом Сакуры он явился поздним вечером, ибо никуда не спешил. Ему было плевать на то, что пошел ливень. Да на что ему было не плевать?.. еще один сложный вопрос. Когда Мадара потянул ручку двери, на его лице были написаны сплошные сомнения. Он еще не знал, что ищет, что хочет тут найти и что ему вообще делать, когда он узнает, каков этот мир Хаширамы на данный момент. Мужчина даже забыл удивиться, что дверь оказалась не заперта. И уж тем более не удивился, обнаружив в прихожей выбежавшую к неизвестному посетителю розоволосую девчонку, со сверкающими глазами, энтузиазмом и Волей Огня налетевшую на него с кулаками восемь лет назад впереди Саске и Наруто.
- Так это ты вышла за него замуж.

+2

3

Сакуру устраивала её жизнь. Такая вязкая, вялотекущая, абсолютно обыденная в своем перманенте, но спокойная и размеренная. Этого куноичи, чья юность прошла под девизом постоянных тренировок в ожидании войны было более, чем достаточно. Свой дом, дочь, некое подобие семьи, что дал ей Саске вместе со своей фамилией, быть может, не совсем оправдали возложенных надежд, но стали оплотом уверенности в завтрашнем дне. Она знала ради чего живет, знала к чему стремится, и пусть от этой рутины, порой хотелось выть волком, позволить подобной слабости Харуно (ах нет, Учиха же) себе не могла.

Сарада.

В этих буквах смысла больше, чем во всем её существовании. Дочь, в некотором роде, и была всем этим смыслом; олицетворением любви и надежды. Продолжение клана, продолжение рода, а по сути — маленький человечек, что все чаще смотрел на нее так вдумчиво и серьезно, словно крохотное существо понимало куда больше своей непутевой матери. Чем старше она становилась, тем больше задавала вопросов и отделаться глупой улыбкой уже не получалось. Сарада была Учихой, а с Учихами у розоволосой с детства не задалось. Так и жили, в попытках понять друг друга и сглаживая острые углы, чем то большим, чем простые чувства. Сакура иногда подумывала о том, что дороже дочери у нее и нет никого, словно в этом мире не существовало ни единой души, способной встать между. Без любви не умирают. Это Харуно Сакура знала не понаслышке. Учиха Сакура тоже знает. А еще знает точно, что без дочери умрет.         

Она ненавидела эту жалость в глазах окружающих. Она до зубного скрежета ненавидела каждого, кто жалеет её дочь. Она не мать-одиночка, а Сарада не сирота. Они не нуждались в этих сахарных кивках головы и сочувствующих речах. Они, черт возьми, Учихи, а не хрен знает кто, разве это не ясно? Сакура готова была это вдолбить в каждую голову и, видит Ками, её почти ничего не останавливало от этого шага.

Иногда она ненавидела Саске. Это было слишком пограничное чувство, чтобы развернуться в полную силу. Но их дочь требовала ответов, а что она могла дать, кроме привычных сказок и успокаивающего хлопка по плечу? Где бы он ни был, какой бы ранг не имела его операция, вся эта «оченьважная» туфта меркла перед сердитым взглядом черных глаз. Она дула губы, топала ногами, а потом частенько плакала в подушку — уж мать-то знает. И за каждую эту слезинку, куноичи готова была воткнуть в тушу её отца по кунаю.

Себя она ненавидела, конечно, больше. За безвольность, невозможность что-то изменить, смирение и слабость перед обстоятельствами. Она каждый раз говорила себе «потерпи, еще немного», но где-то же должен быть край? И как она боялась, что это край окажется намного ближе, чем следует.                 

Сарада, хватит бегать, уже поздно! — кричит она с кухни, стоит над головой пронестись топоту резвых ножек. Эта неуемная энергия порой выкачивала все силы, выжимая словно лимон, но было в этой усталости что-то такое приятное. А в Сакуре было что-то от мазохистки, явно, — САРАДА! — громче крикнула она, когда ноги протопали в обратную сторону, и недовольно уперла руки в бока, глядя на потолок. Подняться бы наверх и надрать чью-то мелкую непослушную задницу, но домашних дел невпроворот, а сама она едва держится на ногах после больничной смены. Но все хорошо. Все, конечно, хорошо. Никто не смеет сомневаться, — В КРОВАТЬ, БЫСТРО! — потонуло в звуке открывающейся входной двери, и девушка, убрав нож в сторону и наскоро вытерев мокрые руки о фартук, поспешила в коридор. Воспитанные люди в такое время по домам сидят, а невоспитанные хотя бы стучаться, но, кажется, их гость был совсем иного мнения. Кого угодно она ожидала увидеть на пороге (и откровенно, у этого «кого угодно» было определенное имя), но выросшая у входа фигура заставила сердце пропустить удар, а дыхание сбиться. Это был Учиха, но совсем не тот.         

Ты! — выдохнула она, невольно отпрянув назад. В голове закрутились шестеренки, а тело охватил судорожный озноб. Либо это дурной сон, либо плохая шутка; нет, определенно. Это не может быть правдой, — Как ты… Как ты вообще… — мысли путались, слова не складывались, — Ты должен быть мертв! — и то, что он выглядел чересчур живым действительно пугало. В последнюю встречу он проткнул её, как цыпленка не вертеле, загнал всех в Тсукуеми и чуть не отправил под откос все человеческое существование.

Его имя — Учиха Мадара. Но боялась она далеко не имени.

Стой где стоишь! — о, как Сакура жалела, что оставила нож на разделочной доске! Глаза, судорожно пробежавшиеся по поверхностям и не нашли ничего подходящего, от того пришлось вырывать длинную железную шпильку из прически — не самый лучший выбор для защиты, но этого выбора то у нее и не было, — Только двинься… — прошипела она, сжимая в кулаке заколку, что постукивала стеклянными бусинами, — Только попробуй.

+2

4

[icon]https://s33.postimg.org/g88mlmbu7/p_Qm_Ot.png[/icon][sign]https://s33.postimg.org/ueodgoudb/tumblr_ot1sufm_Rfc1ugt2sko2_540.gif[/sign]

  Дети - цветы жизни.

  Сарада стала цветком клана Учиха. Маленьким, жизнерадостным, приносящий свет в их новый дом. Комочек этакого счастья, рассекающий быстрым бегом по коридорам и комнатам короткими ножками. Сарада растёт невероятно смышлёным ребёнком, ухватывая и усваивая информацию на лету. Ей действительно шесть лет или просто повезло родиться с подобными генами? Она, пока конечно, мало, что смыслит во всем, что связано с миром шиноби, Учихами и прочим, но это в силу возраста и только. Хотя иногда она ловила удивленные взгляды матери, когда рассуждала о семье и о своём будущем.

  Ей просто не хочется расстраивать мать, которая отдают всю себя, чтобы она улыбалась и была счастлива. Она всегда рядом, несмотря ни на что. Она может пропадать на работе в ночные смены, оставляя её на попечение бабушки и дедушке Харуно, но это не делает её плохой матерью. Совсем наоборот. Сарада радуется, что розоволосая занимается любимым делом - помощью другим. Когда она вырастит, то станет такой же красивой, сильной, мудрой, как мать, будет помогать другим. Но всему своё время.

  Пока малышке хочется дурачится и играть с другими ребятами ее возраста на улице. Она не понимала, почему Сакура иногда уводила её домой, ведь вроде бы ничего не случалось, а экс-Харуно так злилась, что пару тарелок разбивались об деревянный пол. Сарада не могла дать причину такому поведению, но думала, что это как-то связано с отцом.

  Девочка задает много вопросов, связанных с Саске.» Где он, когда вернётся, почему не возвращается, почему, почему..» - стоит ей подумать о нем, как внутри все начинает сжиматься в тугой болезненный узел от тоски. Сарада скучает по нему, прежде, чем заснуть, мысленно желает ему «доброй ночи». Маленькая Учиха плачет по ночам в подушку, а на утро говорит, что все хорошо. Сакура чувствует подвох, но только обнимает или касается лба в излюбленном жесте Учих.

  - В КЛОВАТЬ! – перекривляет Сарада кричащую снизу мать, пробегаю от одного угла комнаты в другой, запрыгивая на кровать и раскидывая руки в стороны. Зачем спать, если она не хочет? Хмурится и надувает щеки. Почему маме можно ложиться поздно, а ей нет? Надо спросить. Сарада ловко вскакивает с постели, забывая надеть очки, пулей вылетает из комнаты, громко захлопывая дверь.

  Девочка мигом преодолевает лестничный пролет, внезапно останавливаясь в просторной гостиной. Она щуриться, смотря на мать и нежданного гостя.

  Папа?

  Она делает шаг вперед, разглядывая через размытую пелену глаз образ матери, настроенной не особо дружелюбно по отношению к стоящему напротив неё мужчине. Сарада подходит ближе и дергает фартук Сакуры.

  - Этот дяденька пришел от папы, да? – поднимает голову вверх, смотря на пришедшего человека, подмечая, что он чем-то напоминает Саске. Маленькая Учиха переводит взгляд на розоволосую, а потом обратно на мужчину, и так несколько раз. – Мама, а почему у тебя в руках шпилька для волос? И ты какая-то…, - задумывается, подбирая правильное слово, - раздраженная?..

Отредактировано Uchiha Sarada (2017-12-17 20:26:55)

+2

5

По крайней мере сейчас он мог понять страх перед ним. Ей было чего бояться.
Его опасались всегда. Что бы он ни делал, что бы ни совершил. В молодости он не понимал подобного поведения окружающих его людей. Мадара хотел стать Хокаге, и ему казалось, что он подходит на этот пост куда больше, чем Хаширама. Самое удивительное, что Хаширама считал точно так же. Вот тогда — то ему и пришлось впервые столкнуться с упрямством и глупостью толпы. Его мечта вязко тонула в них, а он чувствовал себя растерянным и беспомощным в душе.
В итоге он потерял все, что обрел своими собственными усилиями. И ему пришлось срочно искать новую мечту. Ибо как это: жить без мечты?
Кап. Кап. Кап. Безвкусные капли дождя медленно стекают с потяжелевших волос, привычно закрывающих больше половины лица, срываются вниз и разбиваются об пол с мерным стуком, этот ритм звуков повторяется в опухшей от боли голове. Мадара молчит и невероятными усилиями, на одном лишь упрямстве, держится на ногах, гордо и независимо взирая черными, лишенными Шарингана глазами на розоволосую девчонку. Вернее, теперь уже на женщину. Для него эти восемь лет показались одним мигом, проведенным в пустоте.
— Я должен был быть мертв, согласно вашей дурацкой легенде из Академии, еще восемьдесят лет назад. Уж ты — то, кто видела меня всего восемь лет назад, могла бы не удивляться. — произнес он, едва дыхание позволило. Все равно голос вышел хриплым, и, дабы не закашляться, Учиха опять замолчал, спокойно и даже с некоторой долей иронии отреагировав на попытки Сакуры ему угрожать.
Ему. Угрожать. Угрожать ему.
Губы против воли расплылись в улыбке. Его это бесило и раздражало. Как и любая очевидная глупость, как любая явная слабость. Эта девчонка не изменилась. Как налетела на него в лоб восемь лет назад, так и сейчас приняла далеко не самое лучшее решение в данной ситуации. Хорошо хоть набрасываться на него сейчас вроде не собиралась. К слову о "сейчас". Гнева во вспыльчивом и импульсивном Учихе не было, и, против обыкновения, наподдать кому — нибудь или разнести что — нибудь — не хотелось.
Минуло столько лет. Столько лет. Он лишился всего. Ками, как же он устал...
— Скажи мне вот что. Ты и вправду думаешь, что сможешь меня остановить, если я вздумаю тебя убить? Почему не кричишь? Не зовешь на помощь? Боишься разбудить соседей? Или боишься, что они умрут первыми? — улыбка Мадары обернулась дерзкой ухмылкой, и он уже занес ногу, дабы пройти вперед, но...
Его лицо резко посерьезнело, а сам он — замер, едва появилась Сарада. Глава ныне почти вымершего клана с пристальным вниманием рассматривает "новую надежду", пока не начинает мелко дрожать. И эту дрожь стискиванием зубов и сжатием пальцев в кулаки — не унять.
Они все мертвы. А он все еще жив.
Было время, когда Мадара чувствовал себя отцом целой толпы непослушных, своенравных, капризных и вспыльчивых детей — таковы уж Учихи. В попытках решить, что лучше для клана, он проводил дни и ночи. Хотя знал, что оценит эти старания только лишь его брат — единственный выживший из четверых, что у него были. Изуна. Он любил его больше всего на свете и был готов ради него на любую глупость. Лишь бы видеть его улыбку и одобрение. Он старательно не думал о последствиях, жил каждым днем и не строил планов. Он воевал, убивал Сенджу, слеп... хотя был слепым и не видел ситуации уже давно, бился об стену, что возвел себе сам.
— Так вот в чем дело. Это твоя дочь. — Мадара понимающе хмыкнул, не осознавая, что по щекам, вместе с каплями дождя, скользят редкие слезинки. — И ты любишь ее больше чего бы то ни было.
Мечту в прошлом не найти, ибо даже ему не под силу вернуть это самое прошлое и исправить все те ошибки, что он совершил.
— Ты обо мне и моих мотивах не знаешь ничего. — голос таки скатился в хрип, однако Мадара все равно продолжил. — Я пришел вовсе не за тем, дабы убить тебя или лишить тебя самого дорогого, что у тебя есть. Напротив...
Воздух в легких кончился. Он же знал, что ему нельзя много говорить. Состояние комы даже для него — не отдых. Впрочем, когда ему удавалось передохнуть в гробу на том свете? То тьма, то пустота, то будоражащие неясные тени, что разговаривали на непонятном ему языке и неизвестно что от него хотели. Это наследие Индры не давало ему покоя, или его собственная мятежная душа? Он не знал.
-...я рад, что у моего клана появилась надежда на выживание.
На этом у него кончились силы и он попросту потерял сознание.

+2

6

Мы это уже проходили, не так ли? — Сакура привыкла идти напролом, не задумываясь о последствиях, и с возрастом это, увы, не изменилось. Одно дело спасать свою шкуру, но когда речь заходит о жизни дорогих людей в розоволосой голове что-то щелкает, отключая все инстинкты самосохранения. Так было в юности, так остается и сейчас. В конце концов в этой жизни должно хоть что-то оставаться неизменным. Да, с Учихой ей не тягаться, как и прежде, но она уже не та соплячку, которую легко словить. Да и лишить её жизни весьма проблематично. В отличие от создания, которое своим топотом оборвало внутри женщины все ниточки надежды. Она бледнеет, с ужасом оборачивается и видит, как по лестнице со второго этажа несется Сарада, как всегда непослушная, как всегда упрямая. Разве она не сказала ей идти спать? Закусив от досады губу, куноичи неловко прячет руку со шпилькой за спиной, а следом натягивает на лицо нервную улыбку, теряясь на фоне происходящего, — Я же сказала тебе идти спать, — голос звучит дергано и излишне резко, вызывая на детской мордашке недоумение, но учиховское любопытство сильнее родительского недовольства и уже через мгновение ребенок рассматривает незваного гостя.

Я… Я… — женщина окончательно теряется под натиском длинного детского носа, и от того хмурится, — Она просто выпала из прически, — глухо бормочет, настойчиво тянет к себе Сараду за рука пижамы, а затем и вовсе прижимает к себе, — Это… Дальний родственник твоего отца. Очень дальний, — настолько дальний, что Сакура даже не удосуживается назвать его имя, присаживаясь на корточки перед дочерью, — Он просто не знал, что папа на задании. Вот и… — ожил, блять, — Пришел. Иди спать. Я скоро приду и расскажу тебе сказку, — заправив за ухо черную, как смоль прядь волос, Сакура целует малышку в щеку и легонько подталкивает её к лестнице, — Ну же! — ребенок щурится, недоверчиво глядя то на нее, то на мужчину, а потом с серьезным видом интересуется, — Пло то, как Седьмой и папа спасли делевню? — выпятив нижнюю губу, девчонка складывает ручки на груди, а Сакура закатывает глаза, — Ты её лучше меня знаешь, — губы трогает усталая улыбка, — Хочу её! — беспрекословно возразила маленькая Учиха и куноичи пришлось подчиниться, лишь бы она побыстрее ушла наверх, — Хорошо, как скажешь, — довольная собой, Сарада убежала наверх и пока не смолки топот маленьких ножек, Сакура напряженно смотрела на лестницу.

Что ты знаешь о любви, — раздраженно отозвалась она, возвращая внимание Учихе и окидывая его презрительным взглядом. Если можно было бы взглядом уничтожать, о, розоволосая давно бы это сделала, но пока ничего не оставалось, как выслушивать пафосные пустые речи, правды в которых, наверняка, не было ни на грош. Как он вообще проделал такой путь, оказавшись незамеченным? АНБУ, специальные джоунины — ему как обычно все ни по чем? В голове роился ворох мыслей и ни одной дельной. Вновь кидаться на амбразуру? Надеяться на «авось»? Она не верила ему и не хотела верить. На что он вообще надеялся, являясь на порог этого дома? — Надежду своего клана ты убил много лет назад. К этому клану ты не имеешь никакого отношения… — отрезала Сакура, но прежде чем предложение было озвучено до конца, речь оборвалась глухим звуком упавшего тела.

—  Да вы серьезно?! — рыкнула она, наблюдая в своей прихожей бессознательного Учиху Мадару и еще больше растерялась. То ли сначала сдать его АНБУ, то ли оказать помощь. Был вариант — убить, но что-то подсказывало, что толку будет мало. Проклиная себя за все некогда данные медицинские клятвы, Сакура уже через секунду склонилась над мужчиной, сканирую чакрой на наличие повреждений. Для человека, который еще с утреца почивал в деревянном ящике — он был удивительно здоров. Истощен — да, но это лишь вопрос времени. И вопрос того, дадут ли ему это самое время. Потратив на врага (и снова прокляв себя за это) добрую часть своей чакры, Учиха пощелкала у него перед лицом пальцами, — Эй. Ты слышишь меня?

+2

7

Возможно, если бы Сакура смогла это сделать, если бы сделала это: убила б его, пока он потерял сознание, он смог бы, наконец, просто упокоиться. Смирился бы со своим беспокойным существованием на том свете, без ненависти, без желания воскреснуть когда — либо, может, даже нашел бы в нем своеобразный уют и забыл бы прошлое, забыл бы свои невоплощенные мечты, потерявшись навсегда в пустоте. Этакий бесславный, странный, нелепый, совершенно непредсказуемый конец. И тягучие будни Сакуры вернулись бы в свою колею, потекли, как и прежде, до вмешательства Учихи Мадары в ее жизнь — словно ветер подернул рябью поверхность воды, а едва стих — вновь она стала бы невозмутимо ровной. В его же жизни было слишком много потерь и обретений, боли и радости, глупостей, несуразности, несправедливости, шутовства... слишком много всего, дабы он мог как — то удивляться сложившейся ситуации и выбору неразумной девчонки. Тридцатилетней девчонки.
Еще до того, как сознание вернулось к нему, сработали отточенные рефлексы — Мадара перехватил ее руку и сжал. Сильно сжал. Не спеша открывать глаза, не спеша ее отпускать, понимая, что она вовсе не собиралась трогать его лицо, понимая, что она только что выбрала спасти его, вопреки разумному смыслу, вопреки тому, что должна была сделать — мужчина нахмурился, вспоминая ее реплики.
— Ты слишком много говоришь для такой юной, легкомысленной особы. Прожив на свете всего — то ничего, ты не имеешь права так со мной разговаривать. Еще одно слово в подобном тоне — и я надеру тебе задницу прямо здесь и сейчас. — Мадара выпустил ее и, приподнявшись, уселся прямо на полу. — Теперь ты моим речам веришь? — тонкая, едва заметная усмешка с долей иронии. — Сама виновата.
Не то чтобы он пытался говорить любезно поначалу, но...
Что же за ощущение такое внутри. Будто абсолютно все равно, где он, кто он, зачем он, почему он. Хотя почему "будто"? Сил стало больше, а вот желания говорить — поубавилось.
— Зачем ты это сделала? Сама же теперь об этом жалеешь. — усмешка эволюционировала в горькую ухмылку, однако строить из себя жертву обстоятельств Мадаре не было свойственно и начинать он не собирался. — Изображаешь из себя самостоятельную, взрослую женщину, а сама с дочерью не можешь справиться и спать уложить, хотя маленькой Учихе отроду всего ничего.
Что же будет дальше, ты не представляешь, женщина. С Учихой может совладать лишь Учиха. Кровный Учиха.
— Я слишком устал и желаю отдохнуть. Тебе лучше показать мне, где в этом доме ванная и свободная комната, иначе я найду их сам.у меня к тебе много вопросов, но они подождут до завтра. Мне некуда спешить. Взгляд Мадары приобрел живой оттенок, теперь он выражал "и тому, кто осмелится меня потревожить — не поздоровится".
***
Просто жить. Просто... жить. Он не умел. Он провел в этом мире более девяноста лет, в ином мире — более тридцати лет, и все это время мечта вела его. Из — за нее он находил силы воскресать, из — за нее он запланировал даже свою смерть — и то неоднократно. Воспоминания всегда возвращались: Мадара никогда не забывал, несмотря на старость, на окружающий его тлен, на непонимание и одиночество, кем он является и ради чего совершил то, что совершил. Помнил он это и сейчас. Только вот то было ошибкой. Его желание не осуществить никому, даже ему самому. Теперь бы просто... жить. А он действительно не умел.
Замелькали первые лучи солнца. Он привык вставать рано: привычка, что привязалась к нему с молодости. Правда тогда шла война, любой день мог стать последним, ему нужна была сила, чтобы защитить клан... сейчас же у него нет оправданий, но он их и не ищет. Организм просыпается сам, и Мадара даже не думает о том, что можно банально поспать подольше. Напротив, ему кажется, что сон был слишком долгим. Несмотря на то, что тело болезненно ломит и умоляет об отдыхе. Некогда, в мирное время, в Конохе, у него был шанс научиться жить в свое удовольствие... отдав всё и вся недальновидному придурку Хашираме, он этот шанс утратил. Только теперь, спустя столько лет, он это узрел. Чего ему стоило попросту обмануть Сенджу, приструнить клан, пригрозить Конохе, забрать пост хитростью в результате коварного плана? Хаширама только подыграл бы ему... чертова правильность. Чертов юношеский максимализм.
Он направился на кухню, готовить завтрак, и вот там его и застала Сакура. Невозмутимо взирая на нее — будто бы и должен здесь быть, стоя у плиты — он безмятежно зевнул, лениво и еще совсем сонно кивнув ей. В голову пришла мысль, что усталость в душе взялась от старости — правда Мадара забыл, что еще вчера лежал в гробу. Черт возьми, в конце — то концов, он лежал там три раза... а вот спать хочется только в этот раз.
— Сегодня ты на работу не идешь. Мне хочется задать тебе много вопросов. Ну или я пойду и задам их Наруто — посмотрим, кто из нас выживет.
Он говорил серьезным тоном. Таким спокойным, лишенным ноток раздражения или гнева. Так обычно шантажируют.

+1

8

Это не было похоже на жалость. Скорее на растерянность и не понимание собственных действий. Лет десять назад она бы не задумываясь бы воспользовалась шансом, чтобы воткнуть острую шпильку в какую-нибудь из артерий; взрывная, глупая. Сегодня же, та самая острая шпилька была лишь предметом обороны, а сама она, пусть и не поумнев ни на йоту, руководствовалась чем-то большим, чем жажда человеческой смерти. Даже несмотря на то, что спасенный ею человек был этой смерти достоин, как никто другой, — Нужно было добить тебя? Сдать АНБУ? Сообщить Хокаге? —  она дергает плечом, словно показывая, что в её действиях не было ничего такого, а его спасение лишь удачное стечение обстоятельств. Ему просто повезло. Пусть помнит об этом, ведь другого раза может и не быть, — Они узнают, в любом случае. Но вешать на себя клеймо убийцы или позволить разрушить мой дом не входит в планы на ближайшую ночь, — чуть пошатнувшись, но все же поднявшись на ноги, Сакура одернула полы домашнего платья  и тряхнула головой, вновь собирая розовые пряди небезызвестной шпилькой. Странное чувство неопределенности томилось в груди, а сама она, ощущая себя скованно с стенах родного дома, терялась в последовательность собственных действий. Извечный вопрос «что делать?» повис в прихожей дамокловым мечом.

Еще одно слово и я подпорчу твою смазливую физиономию, — парировала куноичи угрозу, понимая, что откровенно не клеится и это еще больше усложняло ситуацию, — Уж будь в этом уверен, — побледневшие губы вытянулись в презрительную полоску и Харуно (вела она себя безрассудно, именно как Харуно) высокомерно глянула на незваного гостя, жалея, что не обладает возможностью испепелять взглядом. Её начало подташнивать. То ли от абсурдности ситуации, то ли от потери чакры, так глупо потраченной на отъявленного негодяя. Она шумно выдохнула, выслушав чужой бред, попыталась удержаться от комментариев, развернувшись к лестнице, но на последнем слове все же обернулась, сжав до боли зубы, — Не смей мне указывать, как воспитывать дочь, — ребенок — последнее, чем она разрешала попрекать себя. Да, идеальной матерью, увы, Сакура не являлась, но и слова в свой адрес на эту тему не позволяла. Никто не смел осуждать её. Никто не смел сомневаться в ней, — Не смей даже говорить о ней. Имя Учихи надо заслужить, а ты — никто, — зло ткнув пальцем в сторону мужчины, она тряхнула головой, так что вся прическа вновь рассыпалась, а после зашагала вверх по лестнице, напоследок кинув, — Гостевая комната наверху в конце коридора. Ванная — на первом этаже, — был ли у нее выбор? Впрочем, ответ очевиден.

Сакура проснулась рано, почувствовав, как под боком зашевелилась Сарада. Накануне, рассказывая дочери заученную историю, вымотанная и истощенная, женщина не заметила, как уснула, прижимая к себе хрупкое тельце. Теперь, предстояло выбраться из детской постели не потревожив малышку, что не под силу даже самому великому шиноби, — Спи, еще рано, — прошептала розоволосая, целуя что-то бормочущую девчушку в лоб и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Ей очень хотелось надеяться, что бредовые события ночи — плод её воображения (к слову о великих шиноби). Переработала, устала, пора в отпуск. Она готова была написать заявление прямо сейчас, но к сожалению сомнения в собственной нормальности не подтвердились. Персона Учихи Мадары была реальной. Реальной и что-то готовящей на её кухне. ГОТОВЯЩЕЙ. НА. ЕЕ. МАТЬ. ЕГО. КУХНЕ. Нет, точно пора в отпуск.

Не скажу, что утро доброе, — как можно невозмутимее произнесла Сакура,  замирая где-то у двери. Ничерта не отдохнувшая, несколько помятая, она облокотилась на дверной косяк, сложив рук и на груди. Не доброе хотя бы потому, что мужик, который несколько лет назад чуть не похерил всю деревню, сейчас стоит у её плиты и указывает ей, что делать. Учиха Мадара, на минуточку. У плиты. Здрасьте, — Родители не учили тебя таким словам, как «спасибо» и «пожалуйста»? Советую взять их на вооружение. Очень помогают в жизни, — подавив зевок в зародыше, Учиха прошла дальше и с некоторым возмущением отобрала у мужчины из рук лопатку, оттесняя его подальше, — Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия. Ты вообще не в том положении, чтобы что-то требовать.

+1

9

- Да. Нужно было добить меня, сдать АНБУ и сообщить Хокаге. Это было бы разумно. А если тебе так уж не хотелось становиться убийцей — хотя ты же куноичи, ты серьезно никогда не убивала? - то хотя бы не восстанавливать мои силы.
Долбанные пацифисты. Почему на моем пути вечно попадаются долбанные пацифисты?
Учиха Мадара их одновременно и ненавидел, и не ненавидел. Ненавидел за глупость и приветствовал за идею, что разделял сам. Как говорится, от ненависти до любви...
- Утро добрым не бывает. - девчонка выглядела так, будто едва волочит ноги. Тощая, растрепанная, утомленная, со следами попыток наводить марафет каждый день. На женщину она не походила ни в каком смысле. Зато гонору и упрямства ей было не занимать, и в этом он видел столько... учиховского, что даже замер. Сколько раз он отчаянно пытался скрыть свои слабости от чужих ему людей за маской непомерной гордыни? У великого шиноби слабостей быть не может. Хаширама говорил, что шиноби вообще не должен проявлять истинных чувств.
Чушь собачья. Любой шиноби, великий он, или как эта девчонка - человек.
А еще она была бледная и явно не знала, как себя вести в подобной ситуации. Заметил он последнее еще со вчерашнего вечера.
- Мой отец научил меня, что в жизни помогает только сила. И это действительно так. - он намеренно умолчал про мать. Мадара легко увернулся от "атаки" Сакуры и не позволил ей даже коснуться лопаточки для переворачивания котлет, поймав ее промахнувшуюся - почти невесомую - тушку прямиком в объятия. В отличии от нее, ему ночной отдых пошел на пользу. - Мое "пожалуйста" не изменило бы твоего поведения. Зато... - он путем непродолжительного "танца" переместил розоволосую бестию на стул и прикрутил ее за талию и ноги к нему Мокутоном. - то, что я сильнее, позволяет мне не болтать впустую языком, а делать то, что хочу.
— Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия. Ты вообще не в том положении, чтобы что-то требовать.
— Неужели? Законы и правила просто есть. Но только мы решаем, следовать им, или нет.
Учиха спокойно вернулся к приготовлению завтрака, прерванном этой девчонкой так бесцеремонно. Необходимых специй он поблизости не обнаружил, потому молча и по - хозяйски обшарил всю кухню. Спрашивать что - то у нее он уже не видел смысла. Она не просто многого не знала и не понимала. Она не хотела ничего знать и понимать.
Мадара даже боялся предположить - хотя догадывался - в каком свете преподносят его личность истории и легенды о нем. Кровожадным монстром. Эгоистичным ублюдком - ах да, это он еще сто лет назад слышал. Наверняка это новому поколению передать наследники Первого Хокаге уж точно не забыли. "Первостепенный злодей" как раз нашел аппетитно пахнущую и подходящую для мяса приправу, когда мысли о беспросветном прошлом сменились на...
А не сходить ли мне на охоту как в старые недобрые?
- Сиди смирно и жди завтрак. - лаконично одернул Учиха Учиху, прикручивая возмущающуюся и вырывающуюся девчонку еще большим количеством древесных пут к месту. - Ты так дом разгромишь. Сила есть - ума не надо.
Возможно, это не такая уж плохая идея, как дожить свои последние годы. Никаких забот, никаких людишек поблизости. Когда он был молод, ходили слухи о редком животном - волке с белоснежной шкурой, огромном звере, что обитал где - то в Стране Огня. Позже Тобираме удалось добыть одного из них - по крайней мере, так он говорил. Лицо Мадары просветлело в целом, хотя имя братоубийцы наложило тень на нахмурившийся лоб.
Зачем я вообще вернулся в эту проклятую Коноху?
И вот вечно же тянуло его сюда. Уйти насовсем так ни разу и не удалось. Как ни сопротивляйся сердцу - все равно окажешься проигравшим. Яркая любовь к своему творению однажды сменилась всепоглощающей, безбрежной ненавистью; Учиха не мог сейчас точно сказать только одного: вернулась ли его ненависть к истокам и стала ли тем, чем была изначально?
Скорее всего, это невозможно.
Он пристально взглянул на Сакуру, до этого момента, казалось, вовсе забыв об ее существовании. Черные глаза едва не приняли красный оттенок, но, блеснув, прикрылись.
Из - за таких, как она.
- Я поговорю с Наруто. - он поставил перед ней яичницу с парой котлет, себе - тоже самое, и принялся беззаботно есть.

+1

10

Как же глупо! Только сейчас, находясь в непосредственной близости от человека, который, мало того, что был на голову (а то и больше) выше, так еще и напорядок сильнее, Сакура осознала всю свою беспечность и неразумность. Вчера, под давлением эффекта неожиданности и собачей усталости она позволила себе потратить собственную чакру на того, кто однажды чуть было не отправил все людское существование к чертям, а сегодня удумала, что может тягаться с ним. Тщетные попытки перенять бразды правления на своей (на минуточку) кухне пошли прахом с первой же секунды, на вторую она оказалась в сильных мужских руках, на третью — сидела на стуле, обездвиженная мокутоном. Стоило спасть оцепенению, как разум тут же охватил прилив праведного гнева, который женщина не погнушалась вылить в адрес непрошеного гостя. Да будь он хоть трижды великим шиноби, Учихой и даже в некой степени родственником в одном флаконе! Плевала она на это. Она не боялась его, а любое хорошее отношение надо заслужить.

Да как ты смеешь! — рычание вкупе с попытками освободиться, должно быть, выглядели жалко, а сама Учиха, осознавая, что так просто попала в ловушку, еще больше корила себя за собственную глупость. Возраст и годы не убавили девичей прыти, но спокойная и размеренная жить отразилась на реакции и банальных навыках шиноби. Да и какой из нее шиноби, раз так легко позволила себя скрутить? — Ты пришел в чужой дом! Здесь я хозяйка. Я устанавливаю правила! — выпалила она, понимая, что большого резона её спич не даст. Мадара по-прежнему был невозмутим и спокоен, и по-прежнему невозмутимо и спокойно пользовал её плиту, со всем к ней причитающимся. Ни приятный аромат еды, ни отсутствие внешней агрессии со стороны мужчины не могли урезонить куноичи, которая не оставляла попыток вернуть себе свободы, а вот дополнительные путы, обвившие брыкающуюся тушку — вполне. Вновь что-то рыкнув, розоволосая затихла, но не надолго, недовольным взглядом наблюдая за каждым действием мужчины. Было время подумать и обвинить себя в тупости еще пару десятков раз, что она и сделала, припечатав себя еще парочкой ласковых. Нет, ну не дура ли?

Закусив губу от досады, Учиха молилась, чтобы неуемная Сарада не проснулась раньше времени и не увидела подобную картину. Пытливый детский мозг и без того работал, как часы, и ребенок наверняка замучает мать вопросами на счет «родственника отца», но пусть до поры до времени её детское сознание останется нетронутым суровыми реалиями жизни. Сакуре безумно хотелось, что она побыла ребенком, как можно дольше, не оглядываясь на боль, разочарование и смерть. Разочарования в отце, которое становится сильнее с каждым новым осознанным днем, будет вполне достаточно.

Отпусти меня, — тонкие брови сходятся к переносице и поуспокоившаяся женщина дергает плечами, ощущая, как сводит конечности от сильного захвата, — Тебе … тебе нельзя к Наруто, — она уже представила этот непонимающий взгляд голубых глаз, стоит Узумаки узнать о новом появлении Учихи Мадары и глупости Сакуры, благодаря которой, он еще и здравствует. Возможно, он её осудит, как будущий Хокаге. Но как друг он никогда не посмеет выразить упрека в её сторону. Безумный пацифист, Узумаки и сам бы не воспользовался бы слабостью противника. Это же Наруто. Она знает его тысячу лет, — Нельзя, чтобы тебя видели в деревне, — она все еще кусает губы, размышляя, пытаясь найти разумный компромисс со своей совестью и с ним, — Пока, — коротко добавляет, — Это всколыхнет большой резонанс, а я… — кинув в спину мужчине холодный взгляд, куноичи вскидывает упрямый подбородок, — Слишком долго выстраивала этот мостик между людьми и фамилией Учих, чтобы позволить какому-то… — невозможно подобрать слово для Учихи. Слова большего, чем его фамилия, — Все разрушить, — это ведь не ради памяти великого клана и даже не ради Саске. Это ради дочери, которая не только должна помнить свои корни, но и не иметь проблем с другими. Люди жестоки. Дети жестоки вдвойне.

Я отвечу на все твои вопросы, — обреченно соглашается она, следя, как он невозмутимо ставит на стол тарелки и садится за стол, — Да отпусти ты меня! — вновь взрывается, чувствуя, как горят от возмущения щеки.

+1

11

— Подуспокоилась? Стала хоть немного понимать ситуацию? - произнес с сомнениями в голосе Мадара, давно понявший, что с благоразумностью у этой девчонки плохо. Ей повезло, что она дожила до тридцати, с таким - то стремлением себя убить. К слову, яичница и котлета вышли вкусными: значит, несмотря на множество минувших лет и за ненадобностью, навыки готовки он таки не утратил. Учиха рассеянно смотрел в тарелку, слушая Сакуру через слово. Мысли путались, перескакивали с одного на другое, стремились обогнать события или, наоборот, уйти в давно забытое прошлое.
Аж голова заболела.
— Учиха. - мужчина пришел к умозаключению, что у него не получится в этом хаосе подсознания вспомнить ее имя, если он вообще его знал.
Определенно знал. Еще вчера.Третье "воскрешение" не пошло на пользу его и без того сомнительной адекватности.
— Как ты думаешь, есть ли мне дело до тех, кто считал меня монстром даже тогда, когда на это не было ни единой причины? Не сомневаюсь: тебя сторонятся и косятся в непонимании и неодобрении только потому, что ты носишь мою фамилию. - он поправился не сразу. - Фамилию Саске.
Мадара уже закончил есть. Оказывается, он был сильно голоден. Неудивительно. Но его организм отказывался понимать свои собственные потребности. Возможно, в следующую секунду он снова потеряет сознание - абсолютно внезапно и неожиданно.
— Однако я предпочел бы пока не выходить. Мое самочувствие оставляет желать лучшего. - несомненно, девчонка это и так знает прекраснее его самого.
Мужчина наконец освобождает Сакуру от пут и свободно откидывается на стуле. Без мантии - непривычно, хотя халат потомка пришелся ему почти впору. Слегка маловат. Не успел еще постирать свои вещи, а уже собрался к Наруто и на охоту.
Усмешка окрашивает его губы, придавая его лицу превосходства. На его взгляд - с привкусом тлена, окружающие же видели в ней непомерные гордыню и эгоизм.
— Когда вернется твой муж? - странный первый вопрос. Какая разница?
— Стар я стал. Какая мне разница. Квартал Учиха разрушен давным - давно, жить мне - только у тебя, так что его возвращение я и сам не пропущу. - усмешка пропала на непроницаемо "каменной маске". Он здесь лишний. Он всегда был здесь лишним - в месте, которое сам основал.
Голос сорвался, непонятно для Сакуры, в раздражение.
— Лучше скажи мне, женщина, каков мир сейчас.
Что - то подсказывало ему, что вопрос снова неверный. Но тут Мадара уже ждал ответа.

+1

12

Сакура с шипением растирает руки, освобожденные от пут и на мгновение жалеет, что её звание медика соперничает со званием шиноби. Решать проблемы в виде синяков с помощью чакры, кажется ей уж больно жалким, а синяки непременно появятся через час другой, — О, я прекрасно понимаю ситуацию, — протянула женщина, не собираясь прогибаться под чужие барские замашки. В конце концов, он пришел в её дом, сидит на её кухне и переводит продукты, купленные на её деньги. Завтрак пах чудесно, но одно осознание собственной безысходности выворачивало девчонку наизнанку. Она совсем отвыкла от подобных фортелей судьбы. Размеренная жизнь разнежила куноичи и та теперь билась рыбой об лед, в надежде вернуться в родную водную среду, но вокруг сплошная снежная пустыня.

Как ты думаешь, есть ли мне дело до того, кто уже однажды пытался уничтожить Коноху?  — несмотря на шаткое положение, она продолжала вести диалог по краю пропасти, вызывая в человеке напротив явное неодобрение таким выбором. Почти непроницаемая маска типично-учиховского лица (в какое-то мгновение, розоволосая было подумала об их схожести с Саске; в условиях мира разглядеть детали куда проще) заметно трескалась от чужого нежелания принимать правила игры. И как бы Мадара не пытался сохранить эту свою непробиваемую отстраненность, она готова бы поклясться, что один его глаз нервно дернулся от очередной фразы, сорвавшейся с девичьих губ, — Я – лучший ирьенин Конохи, — курносый нос вздернулся, а сама женщина, ранее никогда не кичившаяся своими способностями, вдруг выставила вперед свое эго, и приосанилась, умудряясь смотреть с высока на мужчину, который ни во что не ставил ни что человеческое, — У меня есть не только фамилия, — пренебрежительно фыркнув, она изогнула правую бровь и поджала губы.

Возможно, он и был в чем-то прав. Нет, её не сторонились, не обходили стороной и ни в чем не осуждали, а вот Сарада ощущала на себе давление общества. Дети  — жестокие существа и совсем не умеют лицемерить. И, увы, трудно объяснить малышке, почему кто-то считает её монстром. Её или её отца. Сакура ненавидела себя за это. За то, что не может оградить дочь от мира, который совсем не щадил нежные детские чувства, — Лучшего относительно чего? — женщина даже не пытается скрыть усмешки, внезапно взяв в руки вилку и начав ковыряться в тарелке. В горло и кусок не полезет, но отрицать кулинарные способности Учихи было нельзя. Только «спасибо» он вряд ли услышит, — Для человека, который должен догнивать в могиле — лучше и быть не может.
 
Она даже представить не могла реакцию общественности. Она даже представить не могла, как будет объясняться перед Наруто. Сейчас, когда до его назначения на пост Хокаге осталось не так много времени — такой «подарок» судьбы. Как же ей не хотелось, чтобы данное обстоятельство как-то отразилось на конечной цели Узумаки. Он сильно долго шел к этому. Ему и так спустили с рук слабость к одному из Учих. К слову о последнем, — Он вернется тогда, когда посчитает нужным,  — более точного ответа Сакура не могла дать даже при огромном желании. Она даже не знала где он, что с ним, жив ли он вообще. Лишь редкие сообщения от джинчуурки (с ним-то он связь поддерживал) оставляли надежду. Вот только неясно на что, — Что именно ты хочешь знать? — решив не испытывать судьбу и оставить без комментариев добрую часть чужих фраз, розоволосая откинулась на спинку стула и устало прикрыла глаза, потирая пальцами переносицу, — Мир, как мир.

+1

13

Она выглядела недовольной, упрямой и нелогичной, что полностью соответствовало ее девчачьей внешности. Гармония тела и внутреннего мира, как - то так. Сакуре чисто повезло, что Учиха уже не был вспыльчив как раньше. Он слишком многое пережил, особенно во время последнего воскрешения. Когда он умирал, у него перед глазами пронеслась вся жизнь. Мадаре казалось, что он умирает не от потери чакры и не от ран - ему казалось, что он сходит с ума и тонет в безысходности. Тогда он услышал голос Хаширамы, предлагающий уйти в иной мир боевыми товарищами... которыми они некогда были. Тогда он даже не понял, жив он еще, или то играют с ним злую шутку галлюцинации.
А потом - блаженная пустота полнейшего неведения.
Глядя на лицо Сакуры, выражение которого подернуто хронической усталостью - той самой, которую одной ночью сна не вытравить - и злобой... на него или на саму себя?.. Учиха недоумевал, куда смотрит его мелкий потомок. Вернее, уже не совсем мелкий. Должен был вырасти.
Но смотрит он явно не на жену и не за женой.
- Очевидно, что тебе есть до меня дело, ведь именно ты поделилась со мной чакрой не далее чем вчера. - сказано это было без иронии, абсолютно серьезно, но с некоторой толикой мягкости. Так разговаривают с капризными детьми. Сакуре не показалось: его бровь действительно дернулась, чисто машинально, как обычно, когда кто - то проявлял по отношению к главе клана Учиха неуважение. Он даже разозлился бы, если бы в нем осталась хоть капелька злости или ненависти. Пустота совершенно непохожа ни на то, ни на другое. — Разве медики не заботятся о своих пациентах вплоть до их полного выздоровления?
Он не сдержал улыбки. Ситуация выглядела забавно и со всех сторон комично. Но ничего невероятного. Мадара всегда позволял себе абсолютно все, что хотел. Даже спускать окружающим вольности в его адрес. Правда это прокатывало далеко не всегда и не у всех. Эта женщина была Учихой. И это давало ей фору, пусть она этого и не понимала. А он не собирался объяснять.
— У меня есть не только фамилия, — она была Учихой, и дело вовсе не в фамилии, которая ей не принадлежала изначально и которую дал ей Саске. И сейчас, столь внезапно и не к месту задрав нос перед человеком, что легко и отстраненно улыбался, совсем недавно забывший о стремлении построить утопию, она, сама того не зная, уколола его в самое сердце. А оно было больным местом Учихи. Вовсе не железным, хотя в это никто не поверит.
Он резко ощутил себя в прошлом, на секунду ему показалось, что он находится в только что основанной Конохе, более ста лет назад. И Изуна вовсю капризничает, как и полагается типичному Учихе, а старший брат страдальчески закатывает глаза и пытается не упасть лицом в грязь под давлением эго самого любимого человека в его жизни. Жаль, что его брат так и не увидел Конохи.
Ками. Как же я вспыльчив был тогда.
— Ты - всего лишь хрупкая, слабая женщина, хоть и Учиха. - словно прочитал ее мысли.
Получилось почти ласково.
Зато в следующее мгновение улыбка и все намеки на нее исчезли.
— Я никому ничего не должен. Особенно - догнивать в могиле. - прошло немало времени, пока Мадара вновь заговорил. Девчонка впустую ковырялась в тарелке, это должно было быть раздражающим, но вместо этого помогло ему лишний раз почувствовать пустоту в душе. Он не ощущал почти ничего. Даже воспоминание о брате, что вызвала ситуация, боль в груди - уже не ощущались так болезненно, как до очередных похорон. С каждой смертью, воскресая, Учиха менялся. Вернее - ломался. Ломался и чинил себя сам.
Он пока еще не знал, какие именно отношения меж последней и единственной четой его клана, но вид Сакуры ему определенно не понравился. Закоренелый консерватор, почитающий традиции полного безумного хаоса прошлого века, он уважал узы брака не менее, чем силу Сенджу Хаширамы. Разумеется, достойного брака. Если б он знал, сколько времени Саске не было дома....
Однако он не стал спрашивать. Ну не годами же его нет, в конце - то концов.
— Я хочу знать все. Все, что можешь рассказать о деревне и мире в целом. Что изменилось с тех пор, как я умер... - ...третий? третий раз. - умер.
Ни к чему ей знать мою настоящую "биографию".

+1

14

Сакура умудрялась чувствовать себя не в своей тарелке на собственной кухне и неуютно ежиться под взглядом человека, который и без того должен быть мертв. Последнего же, к слову, кажется это ничуть не смущало и весь его вид показывал, что подобный расклад не выходит ни за какие рамки. Хотелось спорить, хотелось возмущаться, хотелось, в конце концов, вытурить наглеца из собственного дома, но зачатки здравомыслия (кои все же в женщине были, несмотря на мнение иных личностей) говорили, что человек напротив ей явно не по зубам. Пару минут назад она была обездвижена Мокутоном и … все. Какой бы сильной она себя не считала, есть то, что ей абсолютно неподвластно.

Я поступила так, как должен был поступить медик, — цедит она сквозь зубы и аккуратно кладет вилку на стол, понимая, что при всем желании не запихнет в себя ни кусочка. Вряд ли ей вообще полезет что-то в горло в ближайшие пару дней. Не каждый день она вытаскивает людей с того света, отдавая часть своей чакры. Последний раз это было так давно, что подернулось пылью времени. Она просто отвыкла от этого. От физических потрясений, от потрясений моральных. Её жизнь настолько была сера и однообразно, что от прошлой жизни шиноби, кажется, не осталось и следа, — Ты не мой пациент. Тебе просто повезло, — повезло что ты вообще жив, мать твою. СНОВА.

Она просто отвыкла от этого и теперь не могла «въехать» в ситуацию, дабы найти оптимальное для всех решение. Она ведь, действительно, сама спасла его. Она ведь, действительно, сама себя толкнула к краю пропасти, мимо которой ходила все эти годы. Теперь, стоя у обрыва, такая умненькая Сакура Харуно не могла найти пути отступления. Сакура Учиха тоже не могла. Ничего не помогало, наоборот, лишь тянуло на дно.

Я здесь хозяйка, — её голос приобретает металлические нотки, опускаясь до минимума. Кажется, она даже не говорит, а шепчет, но четко и вкрадчиво. Никто не смел называть её слабой. Никто не смел ставить её под сомнение. Тем более, такой, как он. Приподнявшись с места, розоволосая ткнула указательным  себе в грудь, поджав губы и недобро сверкнув зелеными глазами. Меж тонких бровей вновь залегает глубокая складка, а напряженная челюсть выдает крайнюю степень раздраженности, — Пока моего мужа нет, я — глава клана, — невольно подавшись вперед, женщина сдувает с лица выбившуюся розовую прядь и еще сильнее бьет  себя в грудь, — Клан Учих — это я. И ты должен считаться с этим! —  буквально выплюнув последнее, Сакура выпрямилась и смерила мужчину напротив тяжелым взглядом, а затем схватила его тарелку со стола и кинула в раковину по пути. Руки машинально потянулись к кофейнику и на автомате стали совершать привычные для утра действия. Её утро всегда начиналось с кофе, так зачем изменять традициям?   

Все прекрасно. Твоя смерть принесла всем облегчение и покой. Достаточный ответ? — отвлекшись от своего занятия, куноичи быстро собрала растрепанные волосы на затылке и сцепила их шпилькой. Признаться, она и понятия не имела, о чем ему поведать, ведь… Ничего не изменилось. Люди живут, как и жили. Деревня развивается, как и развивалась. Деревья все такие же зеленые, подрастает новое поколение шиноби. Обычная жизнь, коей Коноха живет уже давно. Чего он ждет? — Люди работают, учатся, влюбляются, создают семьи. Обычный процесс, — «мы стареем» — рвалось из груди, но так и осталось там.  На последней встрече команды, Учиха невольно отметила заметные морщинки в уголках глаз Какаши-сенсея и глубокую хмурую складку на лбу у Наруто.  Кажется, раньше все было проще, да? Она и сама порой себя не узнавала. Из зеркала на неё смотрела совсем иная Сакура. Это возраст, да. Иначе и быть не могло.

Отредактировано Uchiha Sakura (2018-07-01 20:45:09)

+1

15

Ничего удивительного в сложившейся ситуации не было. Ну, для Мадары. К ста тридцати годам жизни, из которых он на том свете провел не более тридцати ему казалось, что люди всегда хотели видеть его мертвым и радостно принимали ложь за правду, не забывая говорить ему в лицо, что он ДОЛЖЕН быть мертв.
Как типично и бессовестно.
— Тебе не надоело повторять за всеми заученно — занудное "это должно быть так, а это этак"? — она терялась, пыталась восставать — зачем?.. он не знал и явно не знала она. — Мне не повезло, не вешай мне лапшу на уши. Просто кто — то, по природе своей — маленькая бунтарка. Хотя старается — из ряда вон плохо — показать обратное.
Или просто дура. Любая бы на ее месте поскорее бы избавилась от трупа Учихи Мадары, коль тот так счастливо для нее свалился в обморок. Забыла бы разом про любую правильность. А эта розоволосая... как по — учиховски.
Он и сам похож на старого идиота. Целого века ему не хватило, дабы отличать ложь от правды. Что же сейчас? Сможет ли он это сейчас?
— Я здесь хозяйка, — громкая фраза разом привлекла всё его внимание, и Мадара отложил нерадужные мысли на потом. Еще успеет проанализировать свою последнюю смерть. Нет, пока ему было не смешно, но... Тон голоса, выражение милого личика с тонкими, совершенно девичьими чертами, поза — он едва не фыркнул, располагаясь на стуле поудобнее и скрещивая руки на груди. Ожидался бесплатный концерт, и он ни за что не намеревался упустить ни малейшей детали. Следующее заявление Сакуры выбило его из серьезной колеи. "Я — глава клана, я — глава клана" — произнесенные ее голосом слова отдавались эхом в мозгу, Учиха внимательным немигающим взглядом окинул миниатюрную хрупкую женщину перед ним и таки не выдержал.
Расхохотался весело, от души, без капли насмешки или злобы. Ему действительно было весело, ибо он понимал, что, при своих наивности и гоноре, она не так уж и неправа.
Пока она возилась с кофе, Мадара приходил в себя. Стало даже как — то уютно, несмотря на понимание того, что, будь ее воля, быть ему тут же закопанным живьем там, откуда вылез. В конце — концов, ненависть — тоже отношение, Учихи и ненависть — вполне себе соотносимые понятия.
— Клан Учиха дожил. Всё. Ниже падать только в несуществование. — он мог бы начать вспоминать тут года, когда мощь его клана поражала воображение и держала в страхе весь мир, но Мадара не стал. Сила была предметом гордости клана, каждый Учиха уважал ее — но сплоченность ценилась куда выше. Один за всех, все за одного — принцип пошатнулся еще при нем, из — за союза с Сенджу, но он мертвой хваткой вцепился в него и не позволил забыть ни себе, ни кому либо еще.
А что теперь?
— Теперь клан Учих — это ты, да, и меня настораживает и не радует, что твой муж не в клане. Дозволить женщине быть главной просто так — этого я понять не могу. И поэтому предпочту поговорить о главенстве с ним, а пока, женщина, ты вынуждена будешь слушать меня.
Кофе издавало мерзковатый запах. Мадара не любил кофе, но носа морщить не стал.
— Про свою смерть я и сам всё знаю. Поболее, чем кто — либо, — напряженность витала в воздухе вокруг Сакуры, её практически можно было пощупать. Мужчина — или дедуля?.. а черт его знает — завел глаза, — расслабься хоть немного, я не кусаюсь. Итак, по — твоему, ничего не изменилось?
Не изменилось. Не изменилось. Не изменилось. Внезапно из глубин сознания поднялась острая волна боли и ударила в голову. Мадара скривился и подавил приступ тошноты. Ничего не изменилось. Ну не могли же их с Хаширамой попытки, за такой промежуток времени, ни к чему не привести!
— Черт возьми. — он прорычал, стискивая пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладоней. До крови. Поток нехорошей ауры окатил весь дом, отражаясь в душах людей страхом, а в теле — холодом, вот только Мадаре было душно и хотелось выть. От отчаяния.
— Ваш гребаный никчемный Альянс. Он до сих пор существует? Как сильны связи меж странами? Часты ли военные конфликты? — разумеется, он злился вовсе не на Сакуру. Он злился на этот мир. На придурка Хашираму. На себя — тоже.
Его утопия... нет, их утопия так и осталась просто детской глупой мечтой.

+1

16

Не нравится — не слушай, — огрызается Сакура, пуская недовольный взгляд через плечо. Она не переносила подобного тона разговора и не любила, когда ей тыкают, что делать, словно она собачонка какая, или нерадивый щенок, который не знает своего места. Нельзя было сказать, что она не боялась мужчину, что так спокойно восседал на её кухне. Опасалась — да, настороженно поглядывая в её сторону, но страх — это не совсем то, чем можно было описать то, что творилось в женской душе, — В собеседницы я не нанималась.

Первый глоток ароматного напитка и она прикрывает глаза ото удовольствия. Маленькие радости дерьмового утра не справят, но согревающее тепло, быстро растеклось по всему телу, снимая излишнее напряжение и эту жутчайшую нервозность, как следствие недосыпа и восстания мертвецов. Ну почему именно она? Почему именно её дом? Почему, в конце концов, он? Где она снова так согрешила, что жизнь её так жестоко наказывала? Да, не шибко религиозна. Да, пьет порой. И играет в карты временами. Но разве это повод обрушивать на её голову подобные сюрпризы? Выслушивать претензии и терпеть гонор сомнительных личностей в её обязанности явно не входит, будь он хоть миллион раз Учихой и главой клана. Не в этой жизни.

Его смех заставляет распухнуть глаза и недовольно уставиться на типично-учиховское лицо, потерявшее на мгновение серость и выражение аля «я — полная задница, люби и почитай меня». Она не собиралась устраивать долгие споры или полемики, но и слушать его — тоже. Кто сказал, что она должна? То, что он какой-никакой (больше никакой), а предок её мужа, не прибавляло ему веса в её глаза. Пустые слова ничего не значат. Любое доверие и послушание надо заслужить, — Может мне еще и в ножки тебе кланяться? Смотреть с обожанием? Лордом величать? — она хмыкает, продолжая наслаждаться утренним кофе, и с её лица совсем уходит раздражение. Как же мало ей надо для счастья. И как быстро все испортить парой слов. Но он же, молчать не будет, да? Впрочем, как и она? — Прости, не очень смыслю в ваших великосветских заморочках, но можешь сразу идти в задницу.     

Нет, правда. А вдруг сработает? Она даже направление подскажет! Ну пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста. Нет?... Попытаться стоило.

А мужа моего ты можешь ждать, сколько… — она зевает, едва успев прикрыть ладонью губы. Беспокойная ночь начинает сказываться и никакими медицинскими дзюцу это не снимешь, — Угодно. Год. Два. Три. Твое право, десять, — застряло в горле. Спустя столько времени говорить об этом не так сложно, как когда-то, но внутри, все же, что-то неприятно скребет. Это что-то зовется тоской, — Вот только не думаю, что ему будет радость с тобой беседовать.

Когда Учиха Саске вообще любил разговоры и кого-то кроме себя. Иногда ей думалось, что и родную дочь он принял исключительно по факту, но все же, еще осталась надежда, что это не так. Про себя она уже давно никогда не говорит. И не надеется. Ясно все без слов. Полюбить тень было очень глупой затеей. Думать, что её любви хватит на двоих — тем более. Но все это пустое. Главное, что у нее есть Сарада. А все остальное — к чертям. Она нашла свой смысл в дочери, а на остальное плевать

Коноха старается поддерживать хорошие дипломатические связи и не допускать решение вопросов по средству силы. Мы не ввязываемся в военные споры и придерживаемся позиции диалога, если ты об этом, — Сакура вновь прикрывает глаза на мгновение, и глубоко вздыхает, прежде чем снова их распахнуть, — Мы едва восстановились после войны. Этот мир дался слишком большой ценой.   

+1

17

— Если б у меня был выбор кого слушать и с кого спрашивать. Увы для нас обоих, почему - то мой потомок выбрал в жены тебя. Впрочем, только глупая, сумасшедшая или Учиха могла за него выйти. Ты глупая или сумасшедшая? — веселым тоном, еще не просмеявшись, задал Мадара явно риторический вопрос.
Только глупец может сделать что - то столь очевидно провальное и потом жалеть. Но он нисколько не обвинял Сакуру: любовь превращает в глупца любого. Учиха испытал это на собственной шкуре. По прошествии стольких лет он был, пожалуй, даже рад, что ему не удалось жениться на Мито. Она ему не подходила, и его жизнь стала бы серой и тоскливой - без возможности изменить что - либо, не оказавшись последним подлецом.
— Женщина, я не заставляю тебя что - то понимать и вообще думать. Для тебя это может быть болезненно, — недовольно скривился Учиха, выныривая из своих мрачных мыслей и осознавая, что его только что послали в задницу. — Сам решу, куда мне идти, и куда идти тебе. — он только было собрался отшлепать несносную девчонку, но последующая информация оказалась на данный момент важнее.
...в смысле "год, два, три"?..
Мадара вздохнул. Было в ее интонации, в голосе, во фразе что - то едва уловимое, родное, знакомое. Он подходит ближе, нависая над хрупкой фигурой, не позволяет ей отстраниться, притесняя к столу, ловит взгляд и заглядывает в самую глубину больших, широко распахнутых глаз. Нет, вовсе не для того, чтобы завладеть ее сознанием - для того, чтобы прочитать тоску и обиду, Шаринганы ему не нужны.
— Ты словно дитя, — тесная близость продлилась не более пяти секунд, прежде чем он отступил, направляясь прочь из кухни.
***
Весь день и всю ночь Мадара не покидал своей комнаты, практически все это время проведя в полудреме. Он спал, просыпался, чувствовал себя разбитым, вновь засыпал, спускаться ему не хотелось категорически, Учихе снился Хаширама, снилась Мито, снились кошмары... чего ему только не снилось. Если бы он уже не был сумасшедшим, он бы решил, что сходит с ума.
...Горы в этих краях еще не тронула рука человека, и с одной из них скатывается в замечательную реку огромный водопад. Мадара видит людей, что в ней купаются, в их числе и Мито, и Хаширама. Он не чувствует ненависти, отчаяния, злобы, тоски - ничего хоть сколько - нибудь отрицательного. Он даже немного счастлив почему - то, хотя, разумеется, не решается подойти. Его никто не замечает.
... ан нет, заметили. Эти двое подзывают ближе, остальные в ужасе - и Мадару окутывает безысходность, прозрачная вода обращается в кровь, земля - в пустыню, люди - в трупы, и ему уже все равно, что стало с НИМИ.
Отличное начало дня - проснуться в холодном поту и не помнить половины из этой белиберды. Что за хрень?
Наруто, с которым он таки встретился после обеда, явно не ожидал такого подарка судьбы и нес ахинею почище Сакуры. Правда насчет политической ситуации получше объяснил. Учиха плохо воспринимал любую информацию в связи с ночным весельем, поэтому очень скоро оставил мелкого Аш... наследника Ашуры растрепывать кому заблагорассудится о его очередном воскрешении. Да и в деревне наверняка его хоть кто - то, да узнал.
Его это не заботило. Скорее была чертовски интересна реакция общественности. Рискнут пойти против него, как крестьяне против графа Дракулы? Слишком предсказуемо и гарантирует совершенно невеселую развязку. А Мадара не любил скучать и о чем - то жалеть.
— Какова сводка новостей? Где толпа шиноби под дверью, жаждующих моей крови? — поприветствовал он вечером Сакуру таким тоном, будто всю жизнь только здесь и жил.

+1

18

Такая типично-учиховскская никому не нужная спесь горьким привкусом оставалась на губах и вызывала плохо скрываемую усмешку. Едва ли Сакура понимала на что рассчитывал Мадара, заявляясь на порог её дом и пытаясь устанавливать свои правила, но слушать (а тем более слушаться) его она собиралась в последнюю очередь. Это, пожалуй, один из немногих случаев, когда женщина пожалела о своем замужестве и о ТАКИХ родственных связей, ведь будь она женой кого попроще, сейчас не пришлось бы выбирать между «правильно» и «нужно». Не нужно было помогать и делиться с ним чакрой, но это было правильно. Она ведь медик. А еще безрассудно-правильная (дурное влияние все того же Наруто). Однажды это сыграет с ней злую шутку.   

Она молчит, лишь тихо хмыкая и нервно передергивая плечами. Никогда не отвечала на вопросы, которые ей не нравились, и не собиралась менять своих привычек в угоду «главе клана», чтоб он был здоров. Её вообще начал утомлять этот разговор, ведь они ходили по кругу, вышагивая по своим же следам, повторяя одно и то же. Не понимали друг друга. И не старались. Учиха не видела в этом большой нужды в силу своей упертости, а Учиха не собирался принимать чужие правила в угоду своего чувства собственной важности. Розоволосой до безумия хотелось напомнить ему свои же слова о неимении веса в этом доме, но он вдруг резко оказывается рядом и заставляет её вжаться в столешницу. Взгляд зеленых глаз устремляется на него снизу вверх, а сама она невольно сжимается, чувствуя себя словно зверек, загнанный в клетку. Ладонь автоматически проскальзывает между ними, упираясь мужчине в грудь, а тонкие брови сходятся у переносице. Сакура ненавидела когда кто-то переходил черту её личного пространства. Сакура покрылась мурашками от близости чужого тела.

Что это? Страх?

Она поджимает губы, стоит ему буквально выдохнуть последнюю фразу и еще больше хмурится, прикладывая чуть большей усилий, чтобы оттолкнуть. Да те и не нужны. Мадара уходит прочь так же неожиданно, как оказался рядом, оставляя женщину в смятении и разбитых чувствах. То, что это будет не просто, было очевидно с самого начала.

Наруто (!!!) ругает её за беспечность, а она рьяно парирует в ответ. Он бы тоже не убил его, она-то знает, потому эти горячие возмущения вызывают волну возмущения в ответ. Он мог быть хоть тысячу раз Хокаге, но их разговоры никогда не были похожи на официальные, даже отдаленно, а этот и вовсе выходил за всякие рамки приличий. Чуть подуспокоившись, они еще раз обсуждают это и он спрашивает не боится ли она. Сакура не знает что ответить. Едва ли на этом свете есть что-то, что действительно её испугает. Если это не будет касаться её семьи. А старший Учиха, кажется, был неким её подобием…

Сложно.

Она дает клятвенное обещание другу, что не будет совершать опрометчивых шагов более, и принимать решения одна, а потом… Забывается в работе, как любила это делать. Дела отвлекают её. Отвлекают настолько, что она не сразу вспоминает о присутствии в её доме еще одного человека. Осознание приходит внезапно, вместе с его широкой фигурой появившейся на пороге, но Учиха слишком устала, чтобы хоть как-то на это реагировать. Сарада с ребятами из академии отправилась в поход, а значит у нее был целый свободный вечер, который можно было посвятить себе. Она уже тащила в зал большую пачку печенья и чашку горячего чая, когда столкнулась  с Мадарой, но продолжила путь, пусть немного и замешкав.   

Без понятия, — не сразу отвечает она, плюхаясь на диван, предварительно скинув сух-паек на журнальный столик. Там же уже лежал один из медицинских трактатов, что посоветовала Тсунаде, а сама женщина предвкушала приятный вечер. Если кое-кто не будет стоять над душой, естественно, — Наверное копают тебе могилу, — пожав тонкими плечиками, она поудобнее устроилась на подушке и закинула ноги на подлокотник. В рот полетела первая печенька, а взгляд проскользивший по мужской фигуре тут же уткнулся в ровные строчки.

+1

19

Разумеется, Учиха этого не показывал, но сложно было не только Сакуре. Он отказывался  признаваться в этом даже себе самому... первые два дня, но адаптироваться к новой жизни для него оказалось непосильным трудом. Мадара не имел привычки отрицать нежелательную правду чересчур долго, пока ситуация станет непоправимой. И в этот вечер он поставил себе четкую цель: определить смысл собственного существования, если таковое вообще уместно. Предыдущие воскрешения были частью тщательно продуманных планов, чего нельзя сказать о нынешнем. Что же, спонтанно выбраться из гроба и нагрянуть в Коноху, даже никого не прибив при этом, а потом размышлять: что, зачем, почему, - чем не разнообразие?
Мадара терпеть не мог и не может сюрпризы судьбы.
— У меня уже есть, целых три, хотя вряд ли найдется сейчас тот человек, что знает местоположение первых двух. Чем им могла не угодить последняя? Если надеются выкопать настолько глубокую, чтоб не выбрался, - зря, — неспешно проследовав за Сакурой, Учиха окидывает ее, диван, столик, печенье и чай медленным взглядом, заложив руки в широкие рукава неизменной мантии. — Я удивлен, что после моего появления в деревне не поднялось восстание и не собрался рейд на Учиху. Неужто местные жители стали хоть чуточку умнее, нежели век назад?
Упоминание прошлого тут же бередит старые раны, однако он привык к острому болезненному чувству вследствие ностальгии. Учиха женского пола демонстративно читала, хотя он не сомневался, слышала до последнего слова то, что он говорит. Слушала ли?.. а какая разница. Она хрустела своим печеньем, вряд ли  употребив что - то существенное за весь день, и явно не собиралась наверстать за ужином.
... действительно, какая ему разница?
Он устал. Люди столько не живут, а он прожил, хотя, вопреки мнению большинства, был и остался человеком. Учиха долгое время растил свою силу и в конце - концов мог сейчас без хвастовства заявить, что превзошел саму смерть. Мог. Но не хотелось. С другой стороны, у него еще, возможно, есть дела в этом мире, и рано возвращать свое бренное тело под землю, а душу — в вечное одиночество.
Когда Мадара делал, что хотел?
Ему казалось, что всегда, но на самом деле, он всего лишь трактовал свою ответственность — за семью, за брата, за клан, за деревню — как своё желание. У него никогда толком не получалось жить для себя, и даже сейчас — что за старый дурак — он всё ещё ищет поводы взвалить на себя чьи - нибудь проблемы. У него нет семьи, нет ни одного брата, его клан вымер, деревня давным - давно позабыла его, единственный взрослый вроде как Учиха — полнейший недоделок, ради которого Мадара не шевельнул бы ни пальцем, — так какого черта?
Он присел на диван, невозмутимо приподняв и опустив ноги Сакуры к себе на колени. Откинулся на спинку, заканчивая мысль так, будто это совершенно естественно.
Сарада. Он должен проследить за тем, в каких условиях растет надежда клана Учиха. Он действительно хочет этого. Это глупо и сентиментально, а вовсе не серьезно и ответственно. У нее есть родители, есть друзья, спокойная жизнь без войн и потрясений...
Смешно. Мадара искривил губы в горько - ироничной, слегка безумной усмешке. Ну да. Сегодня - есть, завтра - нет. И чему её научат такие отец и мать? Это надо видеть.
— Ты есть собираешься наконец? — Учиха резко навалился на Сакуру, дабы прямолинейно дотянуться до столика, и конфисковал пачку печенья. — Да как этим можно питаться вообще?! — возмущенно откинув куда - то не угодившее ему несчастное мучное изделие, он дернул на себя и подхватил на руки начавшую было бунтовать женщину, вставая с дивана, и, пресекая попытки сопротивления, понес в сторону кухни.
Вечер обещал быть полон нешуточных страстей.

Отредактировано Uchiha Madara (2018-11-05 03:12:59)

+1

20

Он собирается с ней разговаривать? Серьезно? Сакура меньше всего рассчитывала на такое продолжение вечера и уж точно не желала себе подобной компании. Надо признать, она себе вообще никакой компании не желала, кроме книги, печенек и чая, но этот настырный Учиха продолжал отыгрывать свою роль нежеланного гостя, своей наглостью доводя до точки кипения. Неужели нельзя ожить, уйти в свой уголок и никому не мешать? Особенно людям, у которых был тяжелый рабочий день!

Не уж-то ты думаешь, что у людей нет других забот, кроме как думать о твоем появлении? — не отрывая взгляда от исписанных страниц произнесла девушка, жуя очередной сдобный кусочек, — Сними корону с головы, Мадара. Ты не пуп земли и твое появление мало кого потревожило, — и была в словах девчонки своя правда. Едва ли кого из простых жителей по-настоящему обеспокоила вновь ожившая персона. Большинство об этом вовсе не знали. Люди успели привыкнуть к мирной жизни и к тому, что в деревне есть тот, за чьей спиной можно переждать все невзгоды. Люди привыкли к тому, что есть Наруто, полагаясь на него и веря. Были в этом и хорошая сторона, и плохая. Саму женщину беспокоила плохая. Груз ответственности на плечах друга с каждым днем становился все больше, а из таких родных голубых глаз пропадала прежняя искра. Быть взрослым — тяжелая ноша. Потяжелее ноши шиноби.

Ей отчаянно хотелось отмахнуться от него, как от назойливой мухой, что жужжала над ухом и раздражала своим присутствием. Тактика полного игнорирования с трудом давала плоды, ведь он даже уселся на диван, нарушая все видимые и невидимые границы. Возмущение застряло в груди, когда он нахально поднял её ноги, чтобы освободить себе место, но и тут Учиха промолчала. Скрипнула зубами и сильнее впилась в ровные строчки, понимая что совсем не разбирает того, что написано. Нарушение личного пространства всего остро отражалось на её восприятии мира, а когда это делал человек с которым вообще не хочется иметь дело, начинало трясти.

Ну какого, мать его, черта?!

Продолжая жевать печенье и изображать бурную читательскую деятельность, Сакура еще надеялась, что не найдя в ней отклика, мужчина все поймет и уйдет, но, кажется, бездействие лишь больше задевало его и толкало на привлечение к себе внимания.  Так любила делать Сарада, понимая, что мама игнорирует её, но, блять, Сарада ребенок, а это….

Что ты творишь! — зарычала она, стоило пачке печенья полететь в сторону. Внутри сорвался маленький кран. Оказавшись на чужом плече, розоволосая и вовсе потеряла всякое терпение, пару раз зарядив по чужой спине, а в конечно итоге выкрутившись где-то на середине между комнатой и кухней. Миг — она отскакивает от него, поправляя растрепанные волосы, ворот домашнего платья и озлобленно смотрит на него, словно на самую большую проблему в своей жизни.

Не смей прикасаться ко мне, понял? — голос срывается, а зеленые глаза пылают эмоциями, — То, что я позволяю тебе здесь жить, не делает тебя хозяином положения. Ты здесь никто! — кажется, это она уже говорила. Сдув с лица непослушную прядь, женщина пытается унять бешенное сердце. Что за наглость? Еще никогда она не была так растеряна, сбита с толку и… Она просто не знала, как себя вести и как дать понять человеку, что его время прошло, — Можешь делать что хочешь, но в нашу с Сарадой жизнь не суй своего носа! — буквально выплевывает она и тыкает указательным пальцем ему в грудь.

Да что ему надо!   

0


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » When your heart is broken a thousand times