http://forumfiles.ru/files/0018/66/6e/64247.css

http://forumfiles.ru/files/0018/66/6e/10819.css

uniROLE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » For in that sleep of death what dreams may come?


For in that sleep of death what dreams may come?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

For in that sleep of death what dreams may come?

To sleep - perchance to dream: ay, there's the rub,
For in that sleep of death what dreams may come?


http://s9.uploads.ru/t/3Z5Gt.gif http://s9.uploads.ru/t/xEUCG.gif
http://s3.uploads.ru/t/9E5IP.gif http://s9.uploads.ru/t/mHwVt.gif
http://s4.uploads.ru/t/KAVSe.gif http://s5.uploads.ru/t/AECJ7.gif


Ньюпорт, Вермонт
2014 г.

Sam Winchester, Dean Winchester, Crowley

Сила скорби велика, и однажды тот, кого вы потеряли, может прийти на ваш зов. Вы увидите его во сне – стоящим на пороге дома, погружённого в вечную ночь, окружённого бесконечной зимой. Он войдёт внутрь, и вы последуете за ним, отчаянно пытаясь отыскать его в лабиринте комнат и коридоров. Этот сон будет преследовать вас, заставляя погружаться в него всё глубже и глубже – и однажды вы уже не сможете проснуться. Однажды вы уже не сможете вернуться – и навсегда останетесь пленником Дома. Здесь, в царстве снов, между миром живых и миром мёртвых, обитают неприкаянные души, отравленные ядом скорби. Здесь, в переплетении бесконечных коридоров, бродит та, что не может обрести покоя и навеки уснуть – и, если однажды вы встретите её, то будете прокляты и разделите её участь. Никому ещё не удалось разгадать тайну этого места и найти его сердце, спрятанное в глубокой, тёмной Бездне…

+2

2

О городишке под названием "Ньюпорт" они узнали из новостей. Точнее, не из новостей, а из интернета, и не они, а Сэм, но какое это имело значение? Дело с самого начала дурно пахло, и в отличие от великого множества попадавшихся им случаев, этот не получалось истолковать чем-нибудь банальным, вроде поехавшего кукушенькой серийного убийцы или взбесившегося от голода или ран зверя.
Люди массово укладывались в кому. Буквально в промышленных масштабах - за месяц больше трех десятков человек в городе на четыре с половиной тысячи - есть о чем задуматься, сказал ему Сэм. Дин согласился, тем более что во всех источниках писали, что "кома" оказывалась не совсем комой на проверку, скорее обычным сном, необычно крепким, хоть и не глубоким.
Не глубоким, потому что было очевидно, что пострадавшие видят сны, причем такие, от которых их плющит и таращит. Пара особенно чувствительных и ранимых даже умерла - по заключениям врачей, на которых ссылались в статьях, буквально от страха. Слабое сердце не выдержало, выброс адреналина оказался слишком большим стрессом. Результат один - бедняг прикопали на скромном городском кладбище. И судя по прогнозам, там же готовили места и для остальных.
Они подошли к делу серьезно. И "серьезно" означает, что рассмотрели все версии, прежде чем выезжать в Вермонт. Хотя честно говоря, Дин бы в Вермонт и так смотался. Просто потому что нравились живописные виды и лесные дороги. И запах прелых листьев. И снег зимой, который тут не такая уж редкость. Наверное, это и есть старость, думал он, когда тебя способны порадовать чистый воздух и красивый вид, а не только крепкое пиво и крепкий же зад официанточки в местной забегаловке. И соглашался, она самая и есть.
В конце концов, он выкинул глупость из головы. Запил тем самым крепким пивом, как только прибыли на место, и видам, к слову, это нисколько не повредило, правда поход к айболитам пришлось перенести на следующий день - если заявишься бухим в больницу, то уже не важно, какие у тебя корки - агента ФБР или федерального маршала, все равно отправят ночевать в обезьянник. А Дину не хотелось в обезьянник, им было где переночевать. Зато появилась возможность собрать слухи. И как бы не относился к этому Сэм - а Сэм никогда не приветствовал "опросы свидетелей" в барах - кое-что им все-таки удалось нарыть.
Перед тем, как уснуть и не проснуться, пострадавшие жаловались на кошмары. Нет, не так, на один и тот же кошмар. Странно ли, что они встали в стойку, как гончие, почуявшие добычу? Ладно, допустим, пара пропойц которые с завидным постоянством заливали глазки в этом баре, и могли нахвататься историй из новостей - хотя людей такого сорта трудно назвать слишком впечатлительными. Но все же, это было возможно - они могли услышать исповедь родственника в ток-шоу, и принять слишком близко к сердцу описание жуткого особняка. Но как объяснить то, что пятилетний карапуз, сын заливавшего здесь горе бедолаги, накануне в подробностях описывал то же место, что и недавно впавший в беспробудный сон автомеханик, с которым они никогда не встречались?

Утром Сэм поднял его так рано, что это походило на месть. Еще и потому что во рту было сухо, как в пустыне, голова раскалывалась, а ботинки, в которых он повалился на кровать по возвращении из бара, законсервировали ноги до состояния вареных куриных лап. Куриные лапы Дин, правда, никогда не варил, но почему-то был уверен, что это то самое чувство. Ощущение было как в старые добрые времена, но почему-то противнее, а еще всю ночь снилась какая-то ерунда, но стоило ему увидеть лицо Сэма - и эта ересь перестала иметь значение.
- Ты себя в зеркало видел? - спросил он, прищурившись на осунувшегося, как будто неделю не спавшего брата. Глаза у того были красные и больные.
Сэм подтвердил, что да, видел. И нет, ему тоже увиденное не понравилось. А еще, видимо вчерашние россказни произвели на него слишком большое впечатление, потому что ему тоже всю ночь снились кошмары. И нет, беспокоиться не о чем, у него все в порядке, а зевает... ну да, зевает. Просто в этой консервной банке совсем не осталось кислорода, Дин и его перегар все вытеснили. Дин спорить не стал, но забеспокоился. Когда вышел из душа и застал Сэма в полудреме приткнувшегося к краю столешницы - еще больше.
- Развеюсь, станет лучше, - утешил его Сэм. Выглядел он при этом ничуть не лучше, правда. Дин живо вспомнил времена, когда в башке у брата квартировал Люцифер, а тот пытался вести себя, как ни в чем не бывало. Те же упрямые интонации, тот же преувеличенно-бодрое поведение и тот же больной вид. Дома Дин его не оставил только потому, что они как раз собирались вместе в больницу, переговорить с местными эскулапами, а врач Сэму, пожалуй, очень бы пригодился. Мало ли. Никогда нельзя исключать простого жара.
В машине он ощупал Сэму лоб. Температуры, вроде бы, не заметно. Может, Сэм и прав. С их работой они имеют право на обычные кошмары.
- Обычный кошмар, значит? Какой ты впечатлительный, Саманта, - хмыкнул он, тщательно маскируя беспокойство напускным весельем.

+2

3

Вермонт был замечательным местечком - к этому располагали и широкие раскидистые деревья, на осень менявшие расцветку от темно-зеленого до яркого, почти багрово-красного, и живописные небольшие речки, над которыми они проезжали, и в которых отражалось небо, синее и безоблачное, а также небольшие тихие городишки то тут, то там по всей территории. И между всем этим - поля. Умиротворяющее зрелище, почти усыпляющее - большую часть пути Сэм и вправду бессовестно продрых, иногда лишь предлагая смениться.
Наверное, это его и подвело - слишком уж расслабился. Да, дело было серьезное - массовая кома в Ньюпорте, обернувшаяся для нескольких бедняг смертью, сулила если не какого-то мстительного духа или штрыгу, перекинувшуюся на взрослых, то какую-то давно забытую в легендах и сказках тварь, с которой они не сталкивались. В охоте всегда было так - росли охотники, росли и монстры, умнели, развивали свои навыки, в общем, никто не сидел на месте. Их оружием были лишь ловкость, сила, хотя бы пятьдесят процентов того, что предания достоверны, и, конечно, удача. Даже с появлением у них доступа к записям Просвещенных добыча информации - их главного помощника - стала легче лишь на какую-то часть. Некоторые записи были стерты. некоторые рассыпались от давности. Некоторых не было вообще.
Вот так и в этот раз они нашли немного: лишь разрозненные сведения, легенды о насылающих сон, даже посмотрели мультфильм про каких-то Защитников, где фигурировал главный злодей, умеющий искажать сны. Кино было ничего, но они снова не продвинулись, хотя это натолкнуло их на определенные мысли - легенды о Бугимене они тоже перебрали и отмели за недостатком улик. По всему выходило, что нужно разбираться на месте.
Доразбирались.
Сэм проснулся посреди ночи с бешено колотящимся сердцем и дрожащими руками и еще минут пять не мог прийти в себя. Он плохо помнил сам сон - лишь темные коридоры, неясные силуэты, одни из которых пугали, а другие, наоборот, тянули за собой, но страх, который он ощущал, был настолько реален, что он выпил несколько чашек чая и умывался раз десять, прежде чем смог избавиться от узла в животе и ощутимого липкого ужаса в груди.
Следов кошмара полностью скрыть не удалось, как бы он ни старался, и Дин все равно заметил, но Сэм решил, что разберется. Не впервые. В конце концов, когда его соседом был Люцифер, он не спал вообще, и боли было куда больше, чем страха, так что... он сможет выдержать. Это не трудно. Они разберутся с этим делом быстрее, чем произойдет что-то серьезное.
Поэтому на все подначки Сэм только отмахивался. Раздраженно отпихнул руку Дина, хотя понимал, что эта реакция вызвана скорее недосыпом, чем реальной злостью. Но Дину придется немного потерпеть - возможно, он все-таки прав и Сэм действительно такой впечатлительный, и это разовый кошмар, не больше.
- Поехали, - только и буркнул он, искренне желая разобраться с этим побыстрее. Почему-то интуиция внутри вопила, как резанная, и это тоже не добавляло комфорта. Чем дальше, тем неуютнее Сэм себя чувствовал.
В больнице их встретили радушно, хотя и косились с любопытством, но было видно, что местный персонал тоже вымотанный - многие врачи и медсестры выглядели чуть лучше него самого. Тоже плохо спят или выматываются на работе? Скольких вообще скосила эта хрень, чем бы она ни была?
- Агент Леблан, агент Энистон, - в этот раз очередь представляться была Дина, и Сэм усилием воли подавил желание закатить глаза. Но если Дину сходили с рук даже Малдер и Скалли, что что уж говорить про менее знаменитые фамилии? Наверное, просто Дину почему-то хотелось верить несмотря на очевидную ложь. - Нас прислали из главного офиса.
Наверное, для такого небольшого городишки (населения тут было едва до пяти тысяч) такой наплыв заболевших и вправду было серьезным ударом. У всех все валилось из рук - в прямом смысле, Сэм видел, как у врача упала папка с историями болезни. Тот тут же кинулся их подбирать, но вид рассыпавшихся белых листов о чем-то Сэму напомнил. Снова стало не по себе, и он нахмурился.
- Наверное, что-то совсем серьезное? - обеспокоенно спросила медсестра за стойкой. - Вы уже вторые. У нас никогда не было так много федеральных агентов...
Они с Дином переглянулись.
- Ничего серьезного, мисс, - успокоил ее Сэм, но добавил: - пока. Нас, скорее, прислали для проверки.
- Тогда я проведу вас, минутку.
Они с Дином обменивались хмурыми взглядами всю дорогу до подвала, который заменял местным морг. Если этим делом уже заинтересовалось настоящее ФБР - хотя с чего бы? - то им бы лучше поскорее уносить ноги. Теперь, когда Бобби не стало и прикрывал их разве что Гарт, их "тылы" все чаще оставались неприкрытыми. Приходилось осторожничать. С другой стороны, верили им теперь гораздо чаще - они были взрослыми суровыми мужиками, если не сказать "побитыми", и мало кто сомневался, что они имеют дело с чем-то серьезным и достойным федеральной службы.
Но их ждал приятный - хотя как посмотреть - сюрприз.
- Ты, - выдохнул Сэм с явной неприязнью, но тут же поспешил исправиться, - то есть, агент... Агент. Какая встреча.
Ну и какого черта здесь понадобилось Кроули?

+2

4

[indent] – Маклауд, – заботливо подсказал Кроули. – Агент Маклауд.
[indent] Несмотря на то, что выглядел красноглазый усталым и немного потрёпанным, в своей роли он держался достаточно убедительно, и стороннему наблюдателю вполне могло показаться, что он совершенно не удивился появлению своих «коллег». Отчасти, так оно и было: что, в конце концов, такого уж странного в том, что Винчестеры расследуют серию загадочных смертей? Да и мир чертовски тесен, даже если включить в это понятие Рай, Ад и Чистилище, до которых бравые охотники успели добраться на своём таком ещё не долгом веку.
[indent] Впрочем, для них-то эта встреча, конечно, была, мягко выражаясь, неожиданной. И, судя по промелькнувшему на лице Сэма выражению, весьма нерадостной. Со стороны это, разумеется, казалось лишь отголоском каких-нибудь разборок или разногласий между сотрудниками одной конторы, а вот на деле… На деле Кроули и сам не смог бы дать хоть сколько-нибудь краткое и ёмкое определение тому, что между ними происходило – по крайней мере, с его стороны. Он продолжал излучать любезность и дружелюбие, хотя почти не сомневался в том, что охотники уже мысленно освежевали его, расчленили и развесили на крючьях в холодильной камере. То, что он помог вырвать Сэма из цепких лапок беглого ангела, конечно, ничего не меняло в их глазах. Как там Дин говорил? «Увижу ещё раз – убью»?
[indent] – Вы не оставите нас ненадолго? Я введу коллег в курс дела и… Мы позовём вас, если будет нужно. – Разыгрывать роль агента, как оказалось, было не так уж сложно: в конце концов, говорить с людьми и убеждать их в том, что ему было нужно, Кроули неплохо умел ещё пару сотен лет назад, а теперь это и вовсе не составляло никакого труда. Сдержанное дружелюбие, немного сочувствия в голосе – и все эти уставшие и запутавшиеся медики уже готовы поделиться тем немногим, что им удалось узнать.
[indent] – Да… конечно. – Медсестра рассеянно кивнула, потёрла лоб и торопливо направилась к лестнице. На мгновение в полутёмном коридоре повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием ламп на потолке.
[indent] Вот теперь нужно было сделать самое трудное: убедить братьев в том, что он тоже хочет разобраться в происходящем. Нет, конечно, он наведался в это Богом забытое место вовсе не потому, что решил с горя податься в охотники на нечисть: просто здесь было тихо и спокойно, а вездесущие прихвостни Абаддон искали его по пятизвёздочным отелям, и едва ли им пришло бы в голову заглянуть в крошечную ньюпортскую гостиницу с белыми стенами, зелёными ставнями и цветочными ящиками на окнах. Здесь, в окружении лесов, Кроули чувствовал себя почти защищённым – пусть даже он прекрасно понимал, что это всего лишь самообман. Но что делать, если теперь он боялся даже самого себя? Боялся, потому что не знал, чего от себя ждать.
[indent] Он пытался бороться со становившейся всё более сильной зависимостью от человеческой крови – но всё чаще отступал. Сдавался. Прежде ему казалось, что он давно уже научился жить с постоянной болью: ведь адское пламя, которое вложили в его душу, выжигало его уже почти три сотни земных лет. Но та боль, что осталась после «исцеления», была другой – и, как оказалось, ещё более невыносимой. Наверное, однажды он привыкнет и к ней… если выживет. Да, если – потому что сейчас он был совсем в этом не уверен. Сейчас у него почти не осталось сил на то, чтобы бороться – а кровь казалась таким простым и соблазнительным избавлением от страданий! О, разумеется, временным! Временным – и нужным лишь для того, чтобы положить начало новому кругу из боли и страха. Но она дарила забвение – и однажды забвение принесло с собой нечто новое: сон.
[indent] Демонам не нужно спать – и Кроули никогда не приходило в голову тратить время на пустяки, имевшие смысл лишь для смертных. Но кем он сам был теперь, когда человеческая кровь бежала по его венам, вырывая, выгрызая, выжигая изнутри всё, чем он был прежде? Она возвращала ему чувства, которые долгие годы прятались где-то в глубине, под слоем пепла. Возвращала то, что, казалось, должно было навсегда остаться в той, другой, смертной жизни.
[indent] Возможно, это и правда был сон. Возможно, видение. Но в нём совершенно точно был дом, которого он прежде никогда не видел: огромный, тёмный дом, погружённый в зимнюю ночь. Снег падал на землю крупными хлопьями, а тишина была тяжёлой, давящей, вязкой. Двойные двери со скрипом открылись сами, когда он приблизился к ним; сразу за порогом начинался узкий коридор, из-за поворота которого сочилась тьма. Тьма пугала – и влекла. Дойдя до угла, он остановился и замер, чувствуя, как сжимается сердце: в расступившейся тьме показался неясный женский силуэт, а тишину нарушил тихий, горестный плач.
[indent] Она стояла спиной к нему, и он мог видеть лишь длинные рыжие волосы, падавшие на её спину и плечи, и тёмное платье в пол. Кажется, она закрывала лицо руками – но разглядеть его он не мог. Тревога, которую он поначалу испытывал, рассеялась без следа, сменившись отчаянной, душащей тоской: как будто бы он совершил что-то ужасное, немыслимое, непоправимое, и от этого страдает кто-то, кто ему очень, очень дорог!
[indent] Он заметил, что царапнул ногтями по дереву стены, только когда увидел четыре неровные полосы. Плач внезапно стал громче, а потом ещё и ещё – до тех пор, пока не заполнил собой всё вокруг. Отпрянув назад, он зажал уши руками…
[indent] …и резко сел на беспорядочно разворошённой постели, задыхаясь, весь в холодном поту. Должно быть, он задел рукой прикроватный столик, потому что лежавший на нём пустой шприц катился теперь по полу – но он даже не думал о том, чтобы встать и поднять его. Он пытался понять, что это было. Пытался понять, что – кого – он видел. В глубине души он уже знал ответ на этот последний вопрос – но у него ещё не было сил признаться в этом самому себе.
[indent] Ему хотелось если и не забыть об этом, то хотя бы на время отвлечься – и он спустился вниз, решив позавтракать в крошечной столовой, где для постояльцев готовила сама владелица гостиницы. Милая женщина лет пятидесяти, она являла собой образец отзывчивости и дружелюбия: уже через десять минут у него был чудесный крепкий кофе и свежая газета, а с кухни доносился запах жарящегося на сковороде бекона. Ему хотелось насладиться этим сполна – но заголовок на первой полосе перечеркнул все его надежды.
[indent] Так он узнал о загадочных смертях во сне – и о снах, которые снились разным людям, и в которых при этом было слишком много сходства. Сходства и с его сном – тоже. Вот тогда-то он и вспомнил о таинственной «эпидемии», прокатившейся по здешним местам добрых полторы сотни лет назад и унёсшей жизни нескольких десятков – а может, и сотен, – людей. Тот случай был достаточно громким и загадочным, чтобы привлечь его внимание – но найти ответы тогда не удалось никому. А теперь… Неужели всё повторяется снова? Но, даже если так… как это могло произойти с ним?..
[indent] Наверное, пытаться идти по пути охотников было не лучшей идеей: возможно, стоило «поблагодарить» кровь Сэма за то, что это было первым, что пришло Кроули в голову. Но отступать было уже поздно: жребий брошен, встреча произошла, а красноглазый уже успел пообещать себе, что больше не будет бежать от того, что может быть для него опасным, тем самым лишь помогая загнать себя в угол. Нет, как бы мало сил – даже душевных – у него ни осталось, надо… Хорошо, пусть не бороться – пока. Но хотя бы держаться.
[indent] – Предвосхищая угрозы и пожелания скорейшей кончины, хочу сказать, что, если вы здесь из-за всех этих смертей и снов, я могу вам помочь. – Кроули по-прежнему сохранял дружелюбный вид, хотя прекрасно понимал, что в случае с Винчестерами ему это ничем не поможет. После ухода медсестры и связанной с этим потери необходимости изображать из себя агента он, правда, стал выглядеть чуть более усталым и потрёпанным, чем до того – но при этом он ловил себя на странном, разливавшимся внутри теплом чувстве, что он рад видеть Сэма и Дина. То есть, действительно рад. Рад, даже зная, что они почти наверняка попытаются его убить. Возможно, прямо сейчас.
[indent] Вот, от чего было впору прийти в ужас.

Отредактировано Crowley (2018-02-15 00:48:59)

+2


Вы здесь » uniROLE » uniVERSION » For in that sleep of death what dreams may come?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC